Его книга летала в космос. Памяти Сола Шульмана

В Австралии на 82-м году жизни скончался писатель, режиссер, кинодраматург, путешественник Сол (Соломон) Шульман. Скорбную новость сообщил на страничке в «Фейсбуке» его сын Александр:

«С грустью уведомляю, что мой папа Соломон Шульман умер ночью 06/09/17. Он ушел мирно, без боли и страха. Будет частная служба в Мельбурне, и позже – гораздо более шумные поминки в Москве. Все, кто его любил, остановитесь на миг его вспомнить, или поднимите бокал за его следующее путешествие. Это бы его очень порадовало…»

Бобруйск, библиотека им. Пушкина, 10 августа 2010 года. Cол Шульман отвечает на вопросы. Фото Алеся Красавина.

Мое знакомство с Солом Шульманом состоялось 10 августа 2010 года в Бобруйске. Я был в качестве журналиста и фотографа на встрече с известным режиссером и писателем в городской библиотеке им. Пушкина. Сол Шульман представлял тогда свою последнюю книгу «Мать и сын». Читать далее «Его книга летала в космос. Памяти Сола Шульмана»

520 просмотров всего, сегодня нет просмотров

Фима с Инвалидной улицы

Вот уже 7 лет нет с нами Эфраима Севелы… Известного бобруйского писателя вспоминает областная «Днепровская неделя».

Сегодня на улице Энгельса в Бобруйске.

Бобруйск таки кладезь талантов! И ни один шлимазл — как сказал бы коренной уроженец здешней Инвалидной улицы — с данным утверждением не осмелится спорить. Правда, уже много лет на бобруйской карте вы не найдете этого названия: Инвалидная переименована в Энгельса, а ее легендарных жителей давно нет на белом свете. Однако о них помнят и их любят: коммуниста Симху Кавалерчика, шустрого Берэлэ Маца, предприимчивого Нэяха Марголина…

Существовали ли они в реальности? Уверена, что да. По крайней мере, увековечивший их в цикле новелл «Легенды Инвалидной улицы» Эфраим Севела — известный во всем мире писатель, режиссер и сценарист — никогда в творчестве не очерчивал границ, где кончается вымысел и начинается его собственная жизнь. «Я люблю этот юмор, я люблю этих людей, — утверждал он. — Я не скажу, что в моих «Легендах» документально, что вымышлено. Отвечу на вопрос так: в «Легендах» все искренне…»

Мишпоха Драбкиных

Родился Эфраим, а точнее Ефим, в 1928 году в Бобруйске в мишпохе (семье) Драбкиных.

— Мой отец — кадровый офицер, коммунист, известный спорт­смен, тренер по классической борьбе. Спортсменка и мама — в беге на дистанции с барьерами. Сильная, властная, она была крута на руку, и мне частенько доставалось по заслугам, — вспоминал в разговоре с журналистами «Международной еврейской газеты» писатель.

А вот уже выдержка из «Легенд»: «На Инвалидной улице для каждого ребенка мама была — Бог. И моя для меня тоже…

Моя мама потом говорила (имеется в виду случай, когда Фима с другом Берэлэ попытались достать хлеб без очереди — прим.авт.), что это все из-за меня. Потому что я шлимазл и мне вечно не везет. Это ошибка природы, говорила мама, что я родился на Инвалидной улице, да еще в такой приличной семье…»

Смех смехом, ирония иронией, а отношения с матерью у Севелы, поговаривают, в действительности были непростыми. Возможно, потому что он был «незапланированным» ребенком. Когда юная Рахиль забеременела, трое ее родных братьев поймали Евеля Драбкина и доходчиво объяснили ему, что он обязан жениться.

Будучи уже известным, Эфраим Севела практически не появлялся в Бобруйске, разве что тайно. Опять-таки из-за матери. До сих пор местные шепотом рассказывают, что она покончила жизнь самоубийством, а писателю было крайне тяжело с этим смириться.

Чудеса бывают!

— До войны в Бобруйске на 100 тысяч населения приходилось 65 тысяч евреев. И евреи, и неевреи — все говорили на мамэ-лошн и одинаково картавили, – в одном интервью рассказывал герой материала.

Маловероятно, чтобы маленький Фима из-за этого или чего-то другого комплексовал. Он вообще был еще тем бесенком! Любил похулиганить и подраться. Никого не боялся, потому что был тренирован отцом — несостоявшимся артистом цирка.

Эта отчаянная смелость осталась с ним навсегда. Неспроста же, еще будучи несовершеннолетним, в военные годы он получил медаль «За отвагу». Его биография в тот период фантастична — не меньше. Вот как Эфраим Севела сам описывал то время:

— Война стремительно приближалась к Бобруйску. Мы с матерью и сестренкой (отец с первых минут на фронте) едва успели бежать. А ночью взрывная волна немецкой авиабомбы, разорвавшейся рядом с мчавшимся на восток поездом, смахнула меня с открытой товарной платформы под откос. И швырнула в самостоятельную жизнь — суровую, беспощадную. Двенадцатилетний подросток из благополучной еврейской семьи, я впервые остался один. Без родителей. Без учителей…

До 1943 года юный бобруйчанин бродяжничал, а затем стал «сыном полка» противотанковой артиллерии Ставки Главнокомандования. С войсками дошел аж до немецкого Ной-бранденбурга. В родные пенаты вернулся уверенным, что вся семья погибла, никого не осталось… Думал продать дом и на вырученные деньги жить дальше.

– Инвалидная улица сгорела почти вся. Ни домов, ни заборов. Только кирпичные фундаменты, поросшие травой, остатки обугленных бревен и сиротливые дымоходы русских печей, закопченных после пожара. И вы не поверите, потому что я не поверил своим глазам, наш дом стоял цел и невредим. И далее забор и большие ворота, на которых был написан тот же номер, что и до войны, и даже фамилия владельца. Моя фамилия. Вернее, не моя, а моих предков, — читаем в новелле «Все не как у людей» в «Легендах Инвалидной улицы». — А во дворе — мама, сестра и моя старенькая тетя Рива! Через три недели после моего возвращения открывается наша калитка и входит мой отец. В такой же солдатской форме, как и я, и с таким же вещевым мешком на плече. И он был удивлен точно так же, как и я, застав всю семью во дворе.Вы будете смеяться, но он, как и я, приехал продавать дом…

ЧИТАЙТЕ НА САЙТЕ:

Эфраим Севела. Последняя встреча

«Лопни, но держи фасон»

Дальнейшая жизнь Эфраима Севелы тоже складывалась далеко не рядовым образом. Он закончил отделение журналистики Белорусского государственного университета (учился, кстати, с Алесем Адамовичем), работал корреспондентом в Вильнюсе. Затем жил в Москве и писал сценарии к фильмам — помните, например, «Крепкий орешек» с Надеждой Румянцевой? Дальше — эмиграция.

— Дело было зимой 1971 года. Тогда евреев не выпускали из СССР в Израиль, и как-то собрались много «отказников» — моих друзей, которым здесь выдали «волчьи билеты», – и решили от отчаяния устроить акцию протеста: захватить не что-нибудь, а приемную Верховного Совета! Естественно, пригласив западных журналистов. В последний момент я, из чисто дружеской солидарности, пошел с ними. Хотя совсем не имел ну никакого желания уезжать: я был известным киносценаристом, мои фильмы выходили раз в год, была кооперативная квартира в центре Москвы, дача и т.д. Но раз мои друзья протестуют – я не могу быть в стороне. Этакий рыцарь благородный…

Так Эфраим Севела оказался за пределами Союза. «Остановка» — Париж, где богатейший человек Европы Эдмон Ротшильд, увлеченный рассказами бобруйчанина о своей малой белорусской родине, в «добровольно-принудительном порядке» попросил изложить его все на бумаге. В итоге за две недели были написаны «Легенды Инвалидной улицы», которые после публикации крупнейшим издательством США Doubladay стали мировым бестселлером. Только в Беларуси каким-то непонятным образом книгу, за исключением разве что земляков писателя, мало кто читал. Нужно исправлять. Сро-чно!

Следующее место действия – Израиль. Здесь Севела умудрился даже поучаствовать в вой­не Судного дня и подбить два танка. Закончилось многолетнее пребывание на земле обетованной тем, что писатель назвал ее «страной вооруженных дантистов» и отбыл в США. Правда, ненадолго.

— Жил повсюду, где было интересно и хорошо. За 18 лет скитаний объехал полмира, черпая сюжеты для будущих книг, сценариев, – комментировал свой космополитизм уроженец Бобруйска.

Зефир из Бобруйска

Последние годы писатель провел в российской столице, женившись там на архитекторе Зое Осиповой.

Незадолго до смерти Севелы с ним удалось пообщаться известному в Бобруйске человеку — продюсеру группы «Земля Королевы Мод» Валерию Алексееву.

— Я тихо, с волнением прошел в комнату, – делился с одним бобруйским изданием Валерий. — Севела встретил меня открытой улыбкой, глаза его блестели, даже слезились. «Валера, вы из Бобруйска, точно?» Писатель шутил… Я присел рядом с его кроватью и стал рассказывать, пытаясь побыстрее изложить все, о чем так долго заранее думал. Чтобы уложиться в 5 минут. Лихорадочно стал доставать из сумки сувениры, подготовленные для него. Это была статуэтка бобруйского керамиста, моего друга Олега Ткачева, созданная специально для писателя на мотив его книги «Мама», фотографии с кладбища, где похоронена мать писателя, и сегодняшней улицы Энгельса. Достал коробку бобруйского зефира… Последний его по-настоящему развеселил: «Весь мир знает, что у меня диабет, поэтому мне никто никогда еще не дарил зефир. Спасибо, Валера!» С этого момента наше общение стало совсем непринужденным, я и не заметил, как пролетел целый час…

От былой Инвалидной улицы мало что сохранилось. Нет уже больше и того самого еврейского мальчика Фимы. Но когда мы бродили с фотокором по бобруйской улице Энгельса — нет-нет, да и встречались всех оттенков, от бледно-желтого до медного, рыжие прохожие. Прямо как в «Легендах» Эфраима Севелы.

Подготовила Ольга Смолякова.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

Севела. Сегодня

400 просмотров всего, сегодня нет просмотров

На берегу Березины найдены останки красноармейцев

Возвращаясь к напечатанному…

Забытые герои из 41-го

В №49 от 1 июля текущего года в районной газете была опубликована моя статья «Забытые герои из 41-го», рассказывающая о курсантах Бобруйского военно-тракторного училища, предположительно погибших на левом берегу Березины в черте города (возле д. Зеленка).

В результате поисковых работ, которые были проведены в данном районе 3 и 4 августа бойцами 52-го отдельного специализированного поискового батальона Министерства обороны Республики Беларусь, были найдены останки двух военнослужащих Красной Армии. Обнаружены предметы амуниции, патроны в обоймах калибра 7,62 мм, личные предметы погибших.

Костные останки будут переданы городским органам власти для перезахоронения.

О проведеннии поисковых работах смотрите в фоторепортаже Ирины Рябовой на сайте «Вечернего Бобруйска».

112 просмотров всего, сегодня нет просмотров

Памяти Антона Носика

9 июля 2017 года, на 52-м году жизни, скончался журналист, общественный деятель и популярный блогер, создатель ​Gazeta.ru, Lenta.ru, NEWSru.com, cursorinfo.co.il Антон Носик. Читать далее «Памяти Антона Носика»

1,041 просмотров всего, сегодня нет просмотров

Забытые герои из 41-го

Посвящается моей жене Тане,
которой летом прошлого года я обещал рассказать историю
одного скромного обелиска на берегу Березины.


В дневниках Константина Симонова, который с первых дней Великой Отечественной войны освещал грозные события в наших местах, на Бобруйщине, есть выписка из «Журнала боевых действий войск Западного фронта», где от 26-го июня 1941-го года была сделана следующая запись: «4-я армия продолжала отходить за Бобруйск». Это короткое предложение вряд ли может передать атмосферу отчаяния, неопределенности, горя и страха, которые царили в те дни…

Курсанты Осиповического пехотного училища весной 1940-гo.

…Опустели административные здания Бобруйска — город, оставшийся без власти, жил слухами. Информации о положении на фронте не было никакой. А по шоссе шла военная техника, тянулись колонны отступающих частей Красной Армии, беженцы — все стремились на восточный берег Березины, куда вели два моста — гужевой и железнодорожный. Но вскоре и мосты были взорваны. Вечером 27 июня передовые части полевых немецких войск практически без уличных боев вошли в город… Читать далее «Забытые герои из 41-го»

551 просмотров всего, сегодня нет просмотров

13 cлавных имен Бобруйщины

У Кургана Славы в Сычково, Бобруйский район. Фото Александра Чугуева.

Ровно полвека назад, в 1967 году, у деревни Сычково Бобруйского района был насыпан вели­чественный Курган Славы, в основание которого заложили капсулы с землей из 70 братских могил, расположенных на территории Бобруйского района. А в начале 2000-х годов рядом с Курганом Славы появились новые памятники — Ворота Славы и 13 памятных досок: 6 — в честь Героев Советского Союза, погибших при освобождении района, и 7 — в честь уроженцев Бобруйского района, удостоенных высшего в СССР звания за совершение подвига или выдающихся заслуг во время боевых действий. Сегодня мы расскажем о каж­дом Герое Советского Союза, чьи имена навечно запечатлены в славной истории Бобруйщины.

Николай Пинчук

Герой Советского Союза гвардии майор Николай Пинчук в родном колхозе. 1945 год.

В 1977 году в Минске вышла книга мемуаров «В воздухе — Яки», принадлежащая перу уроженца Бобруйского района, Героя Советского Союза, заслуженного военного летчика СССР полковника Николая Григорьевича Пинчука.

В этой книге автор воскресил яркие примеры беззаветного служения Родине, тепло и сердечно вспоминая о боевом товариществе и фронтовой дружбе советских летчиков-гвардейцев и французских пилотов из эскадрильи «Нормандия», преобразованной в ходе войны в полк «Нормандия-Неман». С апреля 1943 года и до конца войны эти полки почти постоянно располагались на одном аэродроме и крылом к крылу сражались против общего врага. Они прошли путь от Подмосковья до Кенигсберга.

Николай Григорьевич Пинчук родился 4 февраля 1921 года в деревне Буденовка ныне Бобруйского района в семье крестьянина. В 1940 году окончил 10 классов школы и Бобруйский аэроклуб. В том же 1940-м добровольцем пошел служить в Красную Армию. В 1940 году окончил 8-ю Одесскую, в 1941-м — Конотопскую, в 1942-м — Армавирскую военные авиационные школы пилотов.

Первый боевой вылет Николай Пинчук сделал в августе 1942 года.

В августе 1943-го под Ельней он совершил подвиг, протаранив вражеский самолет.

Всего в годы войны Николай Пинчук совершил 307 боевых вылетов, участ­вуя в 68 воздушных боях. Сбил 24 вражеских самолета — 22 лично и 2 в группе.

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 19 апреля 1945 года гвардии капитану Пинчуку Николаю Григорьевичу было присвоено звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда».

После войны он продолжал службу в ВВС. В 1954 году с отличием окончил Военно-воздушную академию. Умер 12 января 1978 года. Похоронен на Восточном кладбище в Минске.

9 мая нынешнего года почетным гос­тем на праздничных торжествах в Сычково, посвященных Дню Победы, стала Лариса Холезина — дочь Николая Пинчука. Она пообщалась с руководством района, посетила районный историко-краеведческий музей. В руках у Ларисы Николаевны была книга воспоминаний отца «В воздухе — Яки», которую она привезла с собой.

Интересный факт: она родилась 19 апреля 1957 года, ровно спустя 12 лет, в тот день, когда ее отец был представлен к высокой государственной на­граде.

— Я очень благодарна руководству Бобруйского района за приглашение на торжества, посвященные Дню Победы. Это случилось впервые за долгие годы. Мне уже 60 лет, но не проходит и дня, чтобы я не вспоминала отца, — сказала дочь Героя Советского Союза.

(продолжение будет)

Алесь КРАСАВИН.

478 просмотров всего, сегодня нет просмотров

Скупая слеза ветерана

15 февраля 2017 года, кладбище в д. Орсичи. У могилы воина-интернационалиста А.С. Никитко замер ветеран войны в Афганистане, житель д. Березовичи И.И. Немцов. Скупая мужская слеза скатилась по его щеке.

— Толя Никитко погиб в Афгане 24 мая 1982 года, — рассказывает Иван Иванович. — Парню только исполнилось 19-ть и он был единственный сын у родителей…

Погиб совсем мальчишка, которому не суждено было стать продолжателем семейного рода и опорой родителей в старости, погиб в чужой стране.

…18 февраля 2012 года рядом с могилой сына была похоронена его мать, Регина Николаевна, а еще спустя год, 16 февраля 2013-го здесь — отец — Степан Афанасьевич Никитко.

Алесь КРАСАВИН. Фото автора. Бобруйская районная газета.

Читатели знают, я не любитель длинных текстов. Но этот очерк получился одним из самых коротких. 

506 просмотров всего, сегодня нет просмотров

С миром!

C начала осени минувшего года в Бобруйском районе с почестями преданы земле останки 5 000 немецких солдат.


Современным немцам эта война представляется ужасом, в который были втянуты их деды и отцы, – говорит Франц Массер. – Но люди хотели бы сохранить память о погибших родственниках, найти их могилы, ухаживать за ними. Беларусь очень сильно пострадала во время войны, и мы чувствуем свою вину перед вами. Но тем сильнее благодарны мы вам за то, что вы не держите зла на немецкий народ и понимаете чувства детей и внуков. Ведь их отцы и деды были простыми солдатами, которым пришлось выполнять приказы не совсем нормального человека.

1,316 просмотров всего, сегодня нет просмотров

В Бобруйске тлеет…

Бобруйск живет накануне крупного скандала. 15 июля государственный орган – газета “Беларусь сегодня” опубликовала статью Ритуальный танец, рассказывающую о том, как в обмен на чеки «Имущество» людям обещали пышные похороны, а в итоге… Речь идет, если коротко, о “похоронном лохотроне”. Бомба еще та, если учесть, что фирма “Ритуал” в середине 90-ых была в Бобруйске, по сути, монополистом похоронных услуг.

Факты почему-то вскрылись только теперь.

Примечательно, что статью в этот же день публикует (или перепечатывает из госоргана) один из ведущих оппозиционных сайтов charter97.org

Надо сказать, что личность бывшего директора фирмы “Ритуал” Веры Васильевны Новик весьма примечательная. Она в свое время не просто вырвала у государства святую вотчину доходов, но и вынашивала прогрессивные идеи развития отрасли, в частности – строительства крематория в Бобруйске. А местные графоманы просто молились на Веру, ибо она была спонсором их поэтических сборников, одно время даже финансировала газетку, в которой печатались стихоплеты и философы (вот история одного из них). Подобная публика околачивается во всех редакциях без разбору, благодарно довольствуясь редкими кусками падающего со стола хлебушка. Именно они, непризнанные наши гении, журналисты-самородки, обеспечивали деятельности фирмы “Ритуал” мощную информационную поддержку. Интервью с Верой Васильевной регулярно печатались в газетах. Предприятие имело поистине народную известность. Аминь.

1,247 просмотров всего, сегодня нет просмотров

Парижские катакомбы

Фотосет Paris Catacombs


…Они тянутся на расстояние около 187 километров под всем городом и только лишь малая их часть открыта для любопытствующей и, жадной до всякой жути, публики.

Кости и черепа уложены по обе стороны длинного коридора, словно товар на складе. Очевидцы утверждают, что воздух здесь очень сухой и несет лишь тонкий намек на разложение.

История и современность парижских подземелий

1,347 просмотров всего, сегодня нет просмотров