Автор: Бобруйск гуру

Опубликовано

Мировой заговор против Открытия (см. tag))

Наконец, последнее, чем, благодаря Консультанту, я обещал вас удивить. Сотовый взрыв девяностых полностью обязан Открытию. Не далее, как в “Крепком орешке 2” Брюс Виллис долго искал в аэропорту свободный телефон, чтобы позвонить теще. Странно, не правда ли? Боинги летали, компьютеры были, а сотовых телефонов нет. Электронный бум произошел лет на десять раньше, да и какая там электроника — в телефоне-то? А вот новый физический эффект — это как раз то! А народ ходит с мобильниками, как младенец с погремушкой, тычет в кнопочки и счастлив, и никаких вопросов. Стыдно признаться, но ведь и я не удивлялся. Крошки от роскошного пирога, тщательно прикрытого салфеточкой от голодных ртов и лишних взглядов. И по этим чудесным крошкам, просто-напросто решившим коммуникационную проблему для всего человечества, по этим крошкам, отданным, в общем-то, для баловства, можно представить возможности существенного насыщения страждущего от голода, насилия и унижения большинства человечества. Какая все-таки подлость!

  

Но сначала, узнав такую новость, даже я заколебался и чуть было им не поверил. Невероятно было, чтобы они допустили такой прокол. Пусть они никому ничего не объяснили, но ведь сами эти фильтры не массовый товар, зачем потребителю о них знать? К тому же тут патентное право, борьба с промышленным шпионажем (чем они по сути и прикрылись, только не от шпионов). К тому же, это отрасль совершенно новая (прежние радиотелефоны, конечно не в счет), и разорять никого не пришлось. А с проводными телефонными компаниями договорились, отдав им на откуп Интернет. Опять же, кинули кость ученым, чтобы те не бунтовали. И все-таки мне казалось странным, что они позволили пробить брешь в обороне полного неупотребления. На самом деле они поступили хитро и получилась не брешь, а локальное отступление, а линию фронта они удержали. Но выгоды их казались мне тут недостаточными, пока я не понял весь их тактический план. Дело в том, что этот маневр позволил им создать тыловые оборонительные сооружения на крайний, последний случай, или то самое, что я называл предохранительным клапаном. Теперь, если поднимутся обвинения, они смогут сказать как ни в чем не бывало: “Почему же, мы давно уже применяем. Правда, не везде это удается…” и снова вынут некое зловредное явление.. То есть начнут с Открытием локальные бои. Они будут защищать “свое” еще не один десяток лет, можете не сомневаться.

ПОЛНЫЙ ТЕКСТ: 
http://zhurnal.lib.ru/k/kskij_s_l/1111.shtml

Опубликовано

Розовые, оранжевые, голубые, золотые

Мы верили, что нам одна дана судьба.

Мы приходили в одно время в одно место странное, случайно, не сговариваясь, не назначая встречи и не радуясь этому случайному совпадению, — и молчали, со страхом наблюдая за отражением внимательного зрачка в глазах напротив.

Милая девочка была ты. Тихий мальчик был я. Розовые, оранжевые, голубые, золотые бусинки мерцали на твоей шее. Тонкая металлическая цепочка сжимала мое запястье.

Мы могли просто молчать, не прикасаясь пальцами к этому огню.

Огонь, в котором нам можно было купаться. Но мы не купались.

И дух святой той первой любви навсегда остался в наших сердцах — нетронутый, не рожденный, в своей купели, которая колышется над нами и теперь.

Просто книга перестала открываться на случайной странице. Каждый решил открыть ее сам. С той поры мы научились считать по порядку. Прошел месяц. Потом год. Потом прошло десять лет. И вот — почти жизнь.

Бусинка за бусинкой, — по цепочке. У каждого по отдельности, по отдельному человеку.

И книга прочитана, и странных мест на земле не осталось. Только вера одна и осталась нам, на две разные жизни, одна на двоих. Надежда на любовь.

Мы даже не целовались.

Мы даже не прощались.

Опубликовано

про счастье

Что ни встретишь – зеркало. Находишь в зеркале себя. Один на один себя спрашиваешь: “Что впереди?”, и видишь: то же, что позади. Ты уже близко! Ноги совсем ослабли, и с каждым шагом – длиннее цепи, которые они волокут. Пришло время остановиться и повернуться спиной к стене напротив; пришло время и тебе – встать в очередь за воздухом. Продавец еще видит сны, но его отражения уже выстраиваются в колонну… Ты уже спросил “Кто последний?” и ждешь, что спросят у тебя… Нет, неспроста ты вертел головой в разные стороны света, кружил, пока она не закружится, пока хрусталики глаз не треснут, пока, вдруг, чей-то голос за левым плечом не сказал тебе: “Я за тобой”…

Обернешься ли ты, чтобы узнать, чей это голос?… 

***

“Кто же ты?” — спросил он… И в глазах его померкло, когда послышался шорох платья и тихо, но зазывно зазвенели мониста. А потом на мгновение все кругом него вспыхнуло-озарилось пронзающим ярко-огненным светом, и он вдруг вспомнил, как однажды в далеком-далеком детстве, нашел красивую цепочку; ее обронил кто-то на песке, у ручья. Без причины стало стыдно, и он побежал, зажав цепочку в ладони, обгоняя дальние березы, босиком, за тучей. Небо раскалывали молнии, гром гремел, а он потерялся в чистом синем поле; и в легкой дымке закружилась голова, когда прохладным поцелуем дождя стекали капли с волос, шеи, плеч – вниз, лаская кожу все тише, все незаметнее, все нежнее; и сердце переполняло счастье, и цепочка выскользнула из его пальцев…
Вспыхнули и потухли два налитых кровью зрачка.
Скрипнула под навалившимся грузом половица.
Заскрежетал замок чьих-то дверей.
Задребезжало стекло в окне, сначала гулко, затем сильнее, пронзительнее, и, наконец, лопнуло-взорвалось смехом. Раздавшийся звон стекла заглушил крики рассерженных обитателей дома; их лохматые, беспробудные головы стали выглядывать из-за дверей, грозно кивая в сторону гостя. Осколки стекла сыпались и хохотали, разлетаясь и отражая тысячи глаз, смотревших в окно когда-то, и тысячи спин, уплывших туда же, куда уносило его… 

счастье.

Опубликовано

о, этот новый, дивный мир

Фрэнсис Фукуяма. 
Наше постчеловеческое будущее:

Фрейдизм строился на предположении, что душевные болезни, в том числе такие серьезные, как маниакально-депрессивный психоз и шизофрения, по своей природе прежде всего психологические расстройства — результат ментальной дисфункции, случившейся где-то выше биологического субстрата мозга. Этот взгляд пошатнулся после открытия лекарства на основе лития, которое по счастливой случайности дал больным маниакально-депрессивным психозом в 1949 году австралийский психиатр Джон Кейд. Многие из этих больных чудесным образом выздоровели, положив начало процессу, который за пятьдесят лет почти полностью заменил фрейдистскую “речевую” терапию лекарственной. И литий был только началом взрывного периода исследований и разработок в нейрофармакологии, которые к концу века привели к открытию нового поколения лекарств, таких как прозак и риталин — социальный эффект от них мы только начинаем осознавать.

[+] Увеличить - ____________________

Расцвет психотропных средств совпал с так называемой революцией нейромедиаторов, то есть бурным развитием научного знания о биохимической природе мозга и происходящих в нем ментальных процессах. Фрейдизм можно сравнить с теорией, разработанной группой первобытных людей, которые нашли действующий автомобиль и пытаются объяснить его работу, не имея возможности открыть капот. Они заметят сильную корреляцию между нажатием на педаль газа и продвижением вперед и будут строить теории, что эти два явления связаны некоторым механизмом, превращающим жидкость в движение колес — вероятно, огромной белкой в колесе или каким-то гомункулусом. Но относительно углеводородов, внутреннего сгорания или клапанов и поршней, совершающих это преобразование, они останутся в полном неведении.

Фактически современная неврология подняла капот и дала нам взглянуть, хоть и через узенькую щелочку, на двигатель. С десяток нейромедиаторов, таких как серотонин, дофамин и норэпинефрин, управляют срабатыванием нервных синапсов и передачей сигнала по нейронам мозга. Уровень этих медиаторов и их взаимодействие непосредственно сказываются на нашем субъективном самочувствии, самооценке, ощущениях, страхе и так далее. Их уровни подвержены действиям окружающих обстоятельств и очень связаны с тем, что мы понимаем под словом “личность”. Задолго до того, как генная инженерия станет возможной, знание химии мозга и возможности ею манипулировать будут важным средством управления поведением, имеющим серьезные политические последствия. Мы сейчас уже в разгаре этой революции, и нет необходимости рассматривать научно-фантастические сценарии, чтобы увидеть, как она может пойти дальше.

[+] Увеличить - ____________________

Возьмем антидепрессант прозак, созданный фирмой “Эли Лилли”, и родственные ему лекарства, такие как золофт “Пфицера” и паксил “СмитКлайн Бичем”. Прозак, или флуоксетин, — это так называемый избирательный ингибитор повторного поглощения серотонина (SSRI), который, как следует из названия, блокирует реабсорбцию серотонина нервными синапсами и эффективно увеличивает уровень серотонина в мозгу. Серотонин — ключевой нейромедиатор: его низкий уровень у людей и у приматов связан с плохим контролем над порывами и неконтролируемой агрессией, направленной на несоответствующие цели, а у людей — еще и с депрессией, агрессией и суицидом.

Поэтому неудивительно, что прозак и родственные ему препараты стали в конце двадцатого столетия заметным культуральным явлением. Книги Питера Д. Крамера “Слушая прозак” и Элизабет Вюртцель “Нация прозака” прославляют это лекарство как чудо, вызывающее чудесные превращения личности. Крамер описывает свою пациентку Тесс, которая, страдая хронической депрессией, завязала мазохистские отношения с несколькими женатыми мужчинами и загнала себя в тупик на работе. Через несколько недель приема прозака ее личность полностью переменилась: свои мучительные отношения она порвала и стала встречаться с другими мужчинами, сменила круг друзей и стала вести себя на работе более уверенно и менее примиренчески. Книга Крамера стала бестселлером и внесла огромный вклад в расширение применения этого лекарства. 

[+] Увеличить - ____________________

…
Угроза человеку исходит в первую очередь не от потенциально смертоносных машин и технологических аппаратов. Настоящая угроза всегда направлена против сути человека.

 

Мартин Хайдеггер, “Вопрос о технологии”

 

Опубликовано

стихи тарковского

Я учился траве, раскрывая тетрадь,

И трава начинала, как флейта, звучать.

Я ловил соответствие звука и цвета,

И когда запевала свой гимн стрекоза,

Меж зеленых ладов проходя, как комета,

Я-то знал, что любая росинка – слеза.

Знал, что в каждой фасетке огромного ока,

В каждой радуге яркострекочущих крыл

Обитает горящее слово пророка,

И Адамову тайну я чудом открыл.

 

Я любил свой мучительный труд, эту кладку

Слов, скрепленных их собственным светом, загадку

Смутных чувств и простую разгадку ума,

В слове п р а в д а мне виделась правда сама,

Был язык мой правдив, как спектральный анализ,

А слова у меня под ногами валялись.

 

И еще я скажу: собеседник мой прав,

В четверть шума я слышал, в полсвета я видел,

Но зато не унизив ни близких, ни трав,

Равнодушием отчей земли не обидел,

И пока на земле я работал, приняв

Дар студеной воды и пахучего хлеба,

Надо мною стояло бездонное небо,

Звезды падали мне на рукав.

 

* * *

Вот и лето прошло,

Словно и не бывало.

На пригреве тепло.

Только этого мало.

 

Всё, что сбыться могло,

Мне, как лист пятипалый,

Прямо в руки легло.

Только этого мало.

 

Понапрасну ни зло,

Ни добро не пропало,

Всё горело светло.

Только этого мало.

 

Жизнь брала под крыло,

Берегла и спасала.

Мне и вправду везло.

Только этого мало.

 

Листьев не обожгло,

Веток не обломало…

День промыт, как стекло.

Только этого мало.

Арсений Тарковский. Стихи разных лет.

Опубликовано

Мать Лидия

Последние лет десять она «заведует» православным киоском на аллее позади храма. Когда еще и храма официально не было, и в бассейне купались спортсмены, она торговала иконками и книжками. Помню, я купил там одну книгу, по моему Феофана Затворника, а еще через пару лет, когда я, проходя мимо, задержался у киоска, она мне настоятельно рекомендовала приобрести какую-то брошюру, но я отказался. Сегодня надобность в киоске Лидии отпала — в самом храме девушка по имени Оля стоит за прилавком с иконками, свечками, книгами. Но киоск продолжает работать. Время от времени. Утром Лидия «открывает» его и вечером «закрывает». Правда в течение дня он работает от силы час-два. Слишком много других дел у Лидии.

Еще в августе, когда я только пришел справиться о возможности работать мне на строительстве, она угостила меня яблоками.

Я сидел с Александром-Ортодоксом (его ник в инете), а Лидия присела рядом, но не слушать наш разговор дабы, а смотреть на прохожим и предлагать им купить православную бобруйскую газету под названием «Верую». Я ел яблоки. Потом она ушла и через пять минут пришла и принесла булочку. «Вот возьми покушай, а то ты больно худой, сил не будет работать». Я засмеялся, но булочку взял. Сказал, что работать приду через неделю и за это время поправлюсь.

Опубликовано

отец

13 сентября

Сегодня моему отцу исполнилось бы 70…

Он умирал дома, я был рядом с ним все те несколько часов, когда душа покидала его тело. Сначала, когда он еще различал ЭТОТ мир и видел меня, он держал меня за руку. В конце я смачивал его лоб, а врач констатировал смерть. Я думаю, душа выбрала ЛУЧШЕЕ для нее время. Даже для родственников все само как-то устроилось, что все смогли вовремя узнать-приехать-проститься. Мне кажется, у тех из людей, кто не может принять факт ОТДЕЛЕНИЯ души от тела после смерти, на самом деле проблема не с верой, а с чувством. Чувствуя различие между своим собственным телом и душой при жизни, понимая это реально, а не слепо веря в то, что есть ЖИВОЕ ТЕЛО и есть ДУША, совершенно естественно принять и то, что душа расстается с телом после смерти.