Эфраим Севела о маме

Отношения Севелы со своей матерью Рахиль Шаевной Драбкиной были весьма противоречивы. Чтобы разобраться в них, стоит внимательно прочитать отрывок из его книги «Все не как у людей»

Могила матери Эфраима Севелы на еврейском кладбище в Бобруйске.

Из книги
«Все не как у людей»

Как известно, Советский Союз оказался совершенно неподготовленным ко второй мировой войне и на первых порах терпел страшные поражения. Армия бежала с поля брани, оставляя танки, к которым не было снарядов, и самолеты без бензина в баках. Противник голыми руками брал в плен наших солдат. Не единицами. Или десятками. А миллионами. Среди этих миллионов был и мой отец.

Единственным человеком на такую огромную страну, полностью подготовленным к войне, был я. Хотя еще был малышом, подростком. И подготовила меня к тяготам войны, сделала выносливым, двужильным, моя мама. Которая в политике не разбиралась, по радио слушала не последние известия, а музыку, и газеты, не читая, использовала для растопки печей­. Читать далее «Эфраим Севела о маме»

Бобруйск

Район городского парка (внизу) и далее – вокзал “Бобруйск”

Район железнодорожного моста через Березину

Три года страничкам свободного творчества!

Новогоднее послание Золушки

ЗОЛУШКА родилась 22 декабря 2000 года, в первом номере «Вечернего Бобруйска». Сперва она была просто рубрикой, которая выходила в рамках авторской страницы Алеся Красавина «Инь-Янь». В качестве заставки к рубрике был использован рисунок девчонки, который теперь стал «фирменным» значком (смотри вверху каждой из этих страничек).

В предновогоднем номере, 28 декабря, было опубликовано сообщение о начале проведения с января 2001 года конкурса «Наша Золушка». И самая первая бобруйская Золушка недели появилась в «Вечерке» 5 января 2000 года. Ею стала 15-летняя Екатерина Рок из студии «Грация».

Спустя месяц, накануне Дня всех влюбленных 2001 года, а точнее – 8 февраля – в газете впервые появились отдельная страничка «Золушки». Ну а с 8 октября 2003 года ЗОЛУШКА приобрела тот вид, который известен сегодня. Это «газета в газете» на 4 страницах!

…Многие, наверное, не помнят, чему посвящался тот самый первый выпуск рубрики «Золушка», который вышел 22 декабря 2000 года. А посвящен он был МАЛЕНЬКОМУ РОСТУ! Письмо девушки, обеспокоенной своим маленьким ростом, так и называлось — «Хочу вырасти!», и комментировала его тогдашний руководитель студии «Грация» Наталья Пахалева. Но почему об этом вспоминается именно сегодня? Да потому, что только теперь, спустя 3 года, обещанный ответ этой девушки от самой Золушки! Анастасия Рыбак, победительница суперконкурса этого года, на собственном примере доказала, что девушке с ростом менее 160 см тоже можно покорить сердца, завоевать симпатии и получить признание!

Однако, хватит об истории. Поговорим теперь о нашем будущем. Читать далее «Три года страничкам свободного творчества!»

Прожито для вечности

“…если бросился вперед, беги до конца. Лупят ведь и по задним. И есть по крайней мере хоть какой-то шанс – у бегущего впереди, вперед”.

Романтика первопроходцев, максималистов, идеалистов наивна на фоне времен победившего мещанства, когда предлагается самой глобальной проблемой считать “Кто пойдет за “Клинским”?”… Романтика, свойственная знаменитому поколению шестидесятников с их “Кто, если не ты?”…

Он и был шестидесятником, человек, сказавший приведенные в начале строки. Одна из его книг так и называется – “Мы – шестидесятники”. Но вот что интересно… Шестидесятые давно позади. И вообще скоро будет уже десять лет, как человек этот ушел из жизни. Но имя его – на слуху, и вообще иногда складывается впечатление, что он живет, действует, высказывает свое мнение о событиях и явлениях сегодняшнего дня, у него по-прежнему есть друзья и недруги, о его личности спорят, его творчество осмысляется… Читать далее «Прожито для вечности»

Юность Прокопа

Посетив ставшее Александру Прокопенко последним пристанищем скромное деревенское кладбище в сосновом лесу в 15 километрах от Бобруйска, я испытал то, что испытывает каждый человек, впервые сюда попавший. Не волнение, не грусть – шок. Читать далее «Юность Прокопа»

Леонид Коваль. Автограф. Часть 3

Читайте начало и вторую часть…

Леонид Коваль.

Смерть

Мульке Лапяк, прощаясь с реб Ицхоком, крикнул ему:

— Ребе, вы большой ученый, но вы плохо знаете еврейскую историю. Мы потеряли много крови потому, что были наивны, как жеребенок, которого ведут кастрировать, а он подпрыгивает от радости. История — большая накрашенная шлюха, реб Ицхок, которую насилуют все, кому не лень, а чаще других — бандиты и хулиганы. Попомните слово простого еврея, ребе, — вы пожалеете, но уже будет поздно. Я умываю руки, ребе! Вы зря остаетесь, ребе!

Едва Мульке переехал мост через Березину и добрался до Титовки, как его остановил военный патруль, и худенький нервный лейтенант приказал немедленно освободить грузовик. Читать далее «Леонид Коваль. Автограф. Часть 3»

Леонид Коваль. Автограф. Часть 2

Начало…

Двошке, которая любила

Реб Ицхоку порою казалось, что Двошке и Янкеф-Зисл играли в сумасшедших. Им нравилась эта роль. Она им удавалась, и, откажись они от нее, улица сошла бы с ума. Вот ветка дерева – она голая, потом набухают почки, потом прорезаются листья, и сколько бы почек и листьев ни было на ветке, и сколько бы веток ни было на дереве, они никогда не мешают друг другу. Им всем хватает солнца, дождя и ветра. Без кривой искалеченной ветки, на которой примостились сумасшедшие, дерево улицы не было бы настоящим деревом – ему бы чуть-чуть чего-то не хватало. Для детей Инвалидной улицы эти люди остались пламенем, опалившим их детство. Пламя не только согревает, оно обжигает, и эта смесь тепла и боли входит в кровь и омывает сердце, делает его добрее и отзывчивее на чужое горе. Реб Ицхок мысленно делил судьбу сумасшедших на три периода, и каждый из них прошел через его жизнь, включая последний – их трагическую смерть. Читать далее «Леонид Коваль. Автограф. Часть 2»

Леонид Коваль. Автограф. Часть 1

Леонид Коваль.

Публикуется по тексту: Журнал Мишпоха № 9 (1) 2001 год

Эксклюзивное интервью, которое Леонид Коваль дал внучке Инге

Инга заканчивает университет в Лос-Анджелесе. Во время летних каникул, которые она провела в Юрмале, Инга, по заданию своего университетского профессора, взяла у меня эксклюзивное интервью. Тему интервью задал профессор:

— Что вы знаете о своем родословном дереве? Сколько имен вы можете назвать из своей родословной? Какова их судьба?

Моя внучка — отличница учебы, человек ответственный, и она с большой серьезностью отнеслась к нашему разговору. Мне было приятно видеть в прекрасных глазах Инги не простое любопытство, а глубокий интерес, трогательное внимание к тому, что я вспоминал… Значит — не прервалась в моем роду связь времен, и моя внучка когда-нибудь расскажет своим внукам о том, что слышала от меня. Читать далее «Леонид Коваль. Автограф. Часть 1»

Владимир Санин

Вы находитесь на тематической странице писателя, сценариста, исследователя и полярника, уроженца Бобруйска Владимира Марковича Ривкина (Владимира Санина)


Для молодых поколений 1960-80-х книги Владимира Санина были настоящими уроками психологии, и школой мужества. Советский писатель, сценарист, драматург, полярник, путешественник публиковал книги под псевдонимом Владимир Санин, под которым скрывался уроженец Бобруйска Владимир Маркович Ривкин. Будущий писатель родился в Бобруйске 12 декабря 1928 года. Читать далее «Владимир Санин»

Сказочный день

В парке с дочкой.

Идем по дорожке:
— Папа, я тебе сейчас что-то скажу.
— Давай.
— Нет! Лучше я тебе что-то покажу.
— Хорошо.
— Вон, видишь — на скамейке сидит?
— Вижу. Бабушка сидит.
— Это Баба Яга, она пришла из леса.
— Нет, Оля, Баба Яга из леса никуда не выходит. Это просто бабушка. Цыганка.
— Ну, откуда ты знаешь!? Ты же не читал мне сказку!..
— …А как же она сюда попала? На ступе прилетела?
— Не знаю… Мне страшно!
— Давай ко мне на ручки.
— Нет, я уже большая. Мне будет скоро четыре года. Забыл? Ты только громко не разговаривай, а то она услышит нас с тобой…
— Я совсем тихо с тобой разговариваю. Пошли, сядем на скамью.
— На какую?
— Да вот на эту, давай, сядем, напротив Бабы Яги, и будем на нее смотреть. Интересно, что она будет делать?..

Дальше – страшнее

Абрам Рабкин. Вниз по Шоссейной. Часть 3-я

Предисловие
Пролог

Главы 1-5
Главы 6-10
Главы 11-15
Главы 16-19
Главы 20-23
Главы 24-26

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Средний ящик письменного стола, на котором стоял, скрестив на груди руки, металлический Наполеон и дымилась окурками пепельница в виде срезанного сверху черепа, был плотно заполнен фотографиями с печаткой на обороте «Фото Погосткина».

Среди них как-то мелькнула небольшая любительская фотография. На ней — мой отец и мальчик в матроске с яблоком в руке. Река и крепость.

Мальчик в матроске — это я.

Когда это было? Неужели раньше того, что я помню о нас с ним? И какое самое раннее воспоминание о нем?..

Может быть, то, когда моя молодая мама, стремясь быстрее избавить сына от детского недуг а, уговорами скормила мне лошадиную дозу сантанина (было такое ядовитое лекарство), а потом, взяв за руку, повела к еще не выгнанным из своего дома Шмулу и Нехаме, туда, вниз по Шоссейной. Читать далее «Абрам Рабкин. Вниз по Шоссейной. Часть 3-я»

Абрам Рабкин. Вниз по Шоссейной. Часть 1-я

Предисловие
Пролог

Главы 1-5
Главы 6-10
Главы 11-15
Главы 16-19
Главы 20-23
Главы 24-26

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Каждое лето в саду горсовета располагался цирк. Серый матерчатый купол, рычание львов, духовой оркестр и какое-то особое состояние праздника, тревоги и подъема.

Сборы были полные, но в этот раз цирк ломился. Предстояла борьба приехавших профессиональных борцов с «желающими из местного населения».

Зрители как-то быстро, толкая время, просмотрели первое отделение. Похлопали жонглерам и наездникам, хмыкнули клоунам, одобрительно приветствовали выкрутасы на проволоке сестер Сербиных и ждали, когда же начнется главное.

Был объявлен перерыв, но скамейки, идущие амфитеатром по кругу, никто не покидал. Были, правда, попытки пробиться ближе к арене, но там было плотно, непроходимо и напряженно. Читать далее «Абрам Рабкин. Вниз по Шоссейной. Часть 1-я»