Современные рыцари Великого княжества

Рыцари нынче в моде. Не те галантные кавалеры из области морали, а настоящие благородные воины, закованные в железные доспехи. Их образы, как и славные времена европейской истории, влекут к себе жаждущих подвигов и славы молодых людей. Непосвященному это может показаться игрой, ребячеством. Рыцарские мероприятия порой сравнивают с маскарадом, а рыцарей – с актерами одной роли. Сами же рыцари считают по-другому: белорусы должны помнить свою историю и гордиться ею, а рыцарство – ее неотъемлемая часть.

Зимой 2000 г. четыре рыцарских клуба – “Княжы гуф”, “Берасцейская харугва”, “Жалезны воўк” и “Дайнава” – решили объединиться. Так появилась Конфедерация “Рыцары Вялiкага княства”, в которую сейчас входят семь клубов из разных городов Беларуси. Конфедерация была официально зарегистрирована как Республиканское молодежное общественное объединение “Рыцари Великого княжества”, и на сегодня она является единственной республиканской рыцарской организацией своего рода.

Мы хотим познакомить вас с клубом Княжы гуф – инициатором создания конфедерации. Для его князя (руководителя) Федора Карыята Рудого (в миру – Федора Михеева) рыцарство уже давно не хобби, а образ жизни: его проще найти в клубе, чем застать дома. Там-то мы с ним и встретились.

Читать далее «Современные рыцари Великого княжества»

Юность Прокопа

Посетив ставшее Александру Прокопенко последним пристанищем скромное деревенское кладбище в сосновом лесу в 15 километрах от Бобруйска, я испытал то, что испытывает каждый человек, впервые сюда попавший. Не волнение, не грусть – шок. Читать далее «Юность Прокопа»

Леонид Коваль. Автограф. Часть 3

Читайте начало и вторую часть…

Леонид Коваль.

Смерть

Мульке Лапяк, прощаясь с реб Ицхоком, крикнул ему:

— Ребе, вы большой ученый, но вы плохо знаете еврейскую историю. Мы потеряли много крови потому, что были наивны, как жеребенок, которого ведут кастрировать, а он подпрыгивает от радости. История — большая накрашенная шлюха, реб Ицхок, которую насилуют все, кому не лень, а чаще других — бандиты и хулиганы. Попомните слово простого еврея, ребе, — вы пожалеете, но уже будет поздно. Я умываю руки, ребе! Вы зря остаетесь, ребе!

Едва Мульке переехал мост через Березину и добрался до Титовки, как его остановил военный патруль, и худенький нервный лейтенант приказал немедленно освободить грузовик. Читать далее «Леонид Коваль. Автограф. Часть 3»

Леонид Коваль. Автограф. Часть 2

Начало…

Двошке, которая любила

Реб Ицхоку порою казалось, что Двошке и Янкеф-Зисл играли в сумасшедших. Им нравилась эта роль. Она им удавалась, и, откажись они от нее, улица сошла бы с ума. Вот ветка дерева – она голая, потом набухают почки, потом прорезаются листья, и сколько бы почек и листьев ни было на ветке, и сколько бы веток ни было на дереве, они никогда не мешают друг другу. Им всем хватает солнца, дождя и ветра. Без кривой искалеченной ветки, на которой примостились сумасшедшие, дерево улицы не было бы настоящим деревом – ему бы чуть-чуть чего-то не хватало. Для детей Инвалидной улицы эти люди остались пламенем, опалившим их детство. Пламя не только согревает, оно обжигает, и эта смесь тепла и боли входит в кровь и омывает сердце, делает его добрее и отзывчивее на чужое горе. Реб Ицхок мысленно делил судьбу сумасшедших на три периода, и каждый из них прошел через его жизнь, включая последний – их трагическую смерть. Читать далее «Леонид Коваль. Автограф. Часть 2»

Леонид Коваль. Автограф. Часть 1

Леонид Коваль.

Публикуется по тексту: Журнал Мишпоха № 9 (1) 2001 год

Эксклюзивное интервью, которое Леонид Коваль дал внучке Инге

Инга заканчивает университет в Лос-Анджелесе. Во время летних каникул, которые она провела в Юрмале, Инга, по заданию своего университетского профессора, взяла у меня эксклюзивное интервью. Тему интервью задал профессор:

— Что вы знаете о своем родословном дереве? Сколько имен вы можете назвать из своей родословной? Какова их судьба?

Моя внучка — отличница учебы, человек ответственный, и она с большой серьезностью отнеслась к нашему разговору. Мне было приятно видеть в прекрасных глазах Инги не простое любопытство, а глубокий интерес, трогательное внимание к тому, что я вспоминал… Значит — не прервалась в моем роду связь времен, и моя внучка когда-нибудь расскажет своим внукам о том, что слышала от меня. Читать далее «Леонид Коваль. Автограф. Часть 1»

Освобождение 1944

Белорусская наступательная операция «Багратион», проведенная летом 1944 года, считается наиболее эффективной и успешной во Второй мировой войне. Наступление сыграло важнейшую роль в завершающем разгроме немецко-фашистских войск в Европе


Важнейшее значение в ходе общего наступления советских войск имела Бобруйская операция, в ходе которой советские войска окружили и ликвидировали важнейший опорный пункт нацистов в Беларуси — «Festung Bobruisk». Позже эта операция получила название «Бобруйский котел». Читать далее «Освобождение 1944»

Бобруйский уезд

Бобруйский уезд — административная единица в составе Минского наместничества, Минской губернии Российской империи и Белорусской ССР, существовавшая в 1793—1924 годах. Центр — город Бобруйск.

Бобруйский уезд в составе Минской губернии

Был образован в 1793 году после 2-го раздела Речи Посполитой. В 1795—1796 годах относился к Минскому наместничеству. В 1921 году Минская губерния была упразднена и уезд перешел в прямое подчинение Белорусской ССР. Читать далее «Бобруйский уезд»

Абрам Рабкин. Вниз по Шоссейной. Часть 3-я

Предисловие
Пролог

Главы 1-5
Главы 6-10
Главы 11-15
Главы 16-19
Главы 20-23
Главы 24-26

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Средний ящик письменного стола, на котором стоял, скрестив на груди руки, металлический Наполеон и дымилась окурками пепельница в виде срезанного сверху черепа, был плотно заполнен фотографиями с печаткой на обороте «Фото Погосткина».

Среди них как-то мелькнула небольшая любительская фотография. На ней — мой отец и мальчик в матроске с яблоком в руке. Река и крепость.

Мальчик в матроске — это я.

Когда это было? Неужели раньше того, что я помню о нас с ним? И какое самое раннее воспоминание о нем?..

Может быть, то, когда моя молодая мама, стремясь быстрее избавить сына от детского недуг а, уговорами скормила мне лошадиную дозу сантанина (было такое ядовитое лекарство), а потом, взяв за руку, повела к еще не выгнанным из своего дома Шмулу и Нехаме, туда, вниз по Шоссейной. Читать далее «Абрам Рабкин. Вниз по Шоссейной. Часть 3-я»

Абрам Рабкин. Вниз по Шоссейной. Часть 1-я

Предисловие
Пролог

Главы 1-5
Главы 6-10
Главы 11-15
Главы 16-19
Главы 20-23
Главы 24-26

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Каждое лето в саду горсовета располагался цирк. Серый матерчатый купол, рычание львов, духовой оркестр и какое-то особое состояние праздника, тревоги и подъема.

Сборы были полные, но в этот раз цирк ломился. Предстояла борьба приехавших профессиональных борцов с «желающими из местного населения».

Зрители как-то быстро, толкая время, просмотрели первое отделение. Похлопали жонглерам и наездникам, хмыкнули клоунам, одобрительно приветствовали выкрутасы на проволоке сестер Сербиных и ждали, когда же начнется главное.

Был объявлен перерыв, но скамейки, идущие амфитеатром по кругу, никто не покидал. Были, правда, попытки пробиться ближе к арене, но там было плотно, непроходимо и напряженно. Читать далее «Абрам Рабкин. Вниз по Шоссейной. Часть 1-я»

Абрам Рабкин. Вниз по Шоссейной. Часть 6-я

Предисловие
Пролог

Главы 1-5
Главы 6-10
Главы 11-15
Главы 16-19
Главы 20-23
Главы 24-26

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

Вы знаете, что нужно иметь для того, чтобы замесить халу? Замесить, а не испечь?

Испечь эту субботнюю сдобную булку в хорошей печи опытной хозяйке совсем не трудно, но для того, чтобы замесить халу нужно, кроме муки, иметь еще кое-что.

Чтобы замесить халу нужны еще яйца, сахар, соль, мак и беймул. Ничего особенного и недоступного в слове «беймул» нет. Так в еврейских домах называют обыкновенное постное масло, которое так вкусно пахнет жареными семечками.

В доме была мука, нашелся сахар, в доме была соль, а накануне какая-то женщина из Думенщины принесла несколько десятков яиц. Она не взяла денег, она только перекрестилась и сказала:

— Это на поправку.

Когда она приходила, в доме с Исааком оставалась одна Нехама, но Исаак спал, и Нехама не стала его будить. Нехама была рада тому что Исаак стал спать. Он даже сказал, что завтра выйдет на улицу и вечером пойдет встречать маму с работы. И Нехама решила приготовить к этому вечеру хороший обед и испечь халу. Читать далее «Абрам Рабкин. Вниз по Шоссейной. Часть 6-я»

Абрам Рабкин. Вниз по Шоссейной. Часть 5-я

Предисловие
Пролог

Главы 1-5
Главы 6-10
Главы 11-15
Главы 16-19
Главы 20-23
Главы 24-26

ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ

Директор швейной фабрики имени Дзержинского сдержал свое торжественное слово и сшил из отходов производства новые фуражки для городских сумасшедших. Фуражки были светло-серые, с большими модными козырьками и круглыми нитяными помпонами на макушке. Правда, в связи с тем, что явка сумасшедших для снятия мерок не была обеспечена, фуражки сшили одного стандартного и, на всякий случай, большого размера.

Выдавали фуражки по списку, в который почему-то попал и великан Адам. Но Адам за фуражкой не явился. Не потому, что был обижен на то, что его внесли в этот список. Адам исчез и больше в Бобруйске не появлялся.

Наверно, никого в городе особенно не беспокоила причина исчезновения Адама. Хоть и был он великаном и заметной фигурой на базаре и пристани, как-то не до него было в это уже вплотную надвинувшееся на город Время. Больше говорили, и то шепотом, о новых арестах, раскрытых диверсиях и затаившихся за каждым углом замаскированных врагах. Читать далее «Абрам Рабкин. Вниз по Шоссейной. Часть 5-я»

Абрам Рабкин. Вниз по Шоссейной. Часть 4-я

Предисловие
Пролог

Главы 1-5
Главы 6-10
Главы 11-15
Главы 16-19
Главы 20-23
Главы 24-26

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ

Апрель нагнетал соки в старые тополя, радостно горланили грачи, и выкатившиеся из сумрака гаража пожарные «АМО» грели на солнце красные бока.

Апрель растапливал последние залежи снега, и они, превращаясь в ручьи, вырывались из подворотен и весело мчали среди булыжников переулка в сторону базарной площади. Переулок был украшен старинным зданием с каланчой и древними тополями. Как-то случилось, что в пору всеобщих переименований переулок, упираясь своим началом в бывшую Скобелевскую, названную улицей Карла Маркса, так и остался по-прежнему Пожарным переулком. Наверное, слишком силен и необходим был извечный голос пожарного колокола и могуч и стоек дух лошадей, помп и развешанных для просушки рукавов.

Лошадей давно сменили краснобокие пожарные машины, но в нижнем этаже старинного здания с каланчой, в прохладном депо, пропахшем бензином, еще угадывался воздух конюшен и чудилось конское ржание. Пожарных машин было три, и они были гордостью пожарников города. В зимнюю скользкую пору для надежности на колеса машин наматывались цепи, и, лязгая ими и колотя учащенно колоколами, машины мчали по растревоженному городу. Читать далее «Абрам Рабкин. Вниз по Шоссейной. Часть 4-я»