Стража безопасности

Накануне 60-летия освобождения нашего города от немецко-фашистских захватчиков мы вновь обращаем свой взор к тяжелейшим годам военного лихолетья. Мы помним подвиги фронтовиков. Но подвигом стала и жизнь тех, кто оставался в тылу врага. Что происходило в Бобруйске в годы военной оккупации? Какова была атмосфера, в которой жили женщины, дети? Приоткроем завесу тайны одного из фашистских отделов, действовавших в городе на Березине — ЗИВА (стражи безопасности).

Стража безопасности

«Полицаи» — так, одним словом, народная память презрительно именует всех тех наших соотечественников, кто в годы фашистской оккупации перешел на сторону врага. Только, чтобы иметь полное представление о военном времени, мало одних эпитетов…

В годы Великой Отечественной войны в оккупированном Бобруйске находился сильный немецкий гарнизон со всеми структурными подразделениями военного времени:

  • СД (служба безопасности национал-социалистической партии);
  • Полиция общественной безопасности;
  • Гестапо (оперативная служба с исполнительной властью);
  • ГФП (тайная полевая полиция);
  • Охранная полиция.

В Бобруйске также находилось подразделение Русской освободительной армии (власовцы), а в Кисилевичах дислоцировалась воинская часть СС*.

Уполномоченный Кардович докладывал 26 декабря 1942 года секретарю ЦК КП(б) Беларуси Пономаренко: «Могилевская область фактически немецкими властями разбита на две области: Могилевскую и Бобруйскую. В состав Бобруйской входят: Бобруйский, Кировский, Березинский, Осиповичский и Кличевский районы.

В Бобруйске в настоящее время проживает около 46 000 населения. Причем все еврейское население уничтожено еще в декабре 1941 года /…/ В городе работают следующие предприятия: лесокомбинат, который выпускает шпалы и доски, имеется цех по изготовлению гробов. Работает завод имени Сталина**, который ведет оковку телег /…/ Работают две мебельные фабрики, которые выпускают стулья, изготавливают гробы и ящики для снарядов и мин».

Напомним, что в квадрате между сегодняшними бобруйскими улицами Ванцетти и Димитрова располагался лагерь №131, где находилось до 30 тысяч советских военнопленных. Деятельность подпольщиков города, прежде всего, была нацелена на освобождение и дальнейшую переправку некоторых военнопленных в партизанские отряды.

НЕМЕЦКИЕ ОФИЦЕРЫ
ИЗБИВАЛИ РУССКИХ ПОЛИЦАЕВ
ПРЯМО НА УЛИЦЕ!

В декабре 1943 года, в ответ на усиление партизанского и подпольного движения на территории Бобруйской области***, оккупантами была проведена реорганизация карательных служб. Из СД был выделен так называемый «русский следственный отдел», который в свою очередь был объединен со следственными отделами городской и районной полиции. Данный отдел получил название ЗИВА (стража безопасности).

ЗИВА находился в Бобруйске на улице Леккерта, дом №№32 и 34 (ныне улица Московская, где располагается военкомат — прим. А. К.). Начальником службы стал компани-фюрер Москаленко.

Кроме бобруйских «следователей» новый отдел приютил эвакуированных полицаев из Орловской, Смоленской, Брянской областей.

Для выявления поставленных задач ЗИВА располагал многочисленным агентурным аппаратом из предателей и изменников Родины, активных пособников немцам, пойманных и разоблаченных партизанских связных и их агентов. ЗИВА забрасывали своих агентов в партизанские отряды, а для раскрытия подпольных организаций, групп и одиночек, проводивших работу против немцев в городе, отдел вел активную вербовку доносчиков.

Вот выдержки из секретных отчетов ЗИВА шефу СД о проделанной работе:

«Агентурной разведкой установлено, что в Бобруйске находится партизанская группа отряда Храпко, которая занимается отправкой людей в партизаны и скупает оружие для партизан /…/ Задержана по этому материалу группа из 6 человек».
(24 декабря 1943 года)

«Закончено следствие на партизанскую группу из 11 человек во главе со Щербичем Виктором. Группа имела задачу от командира партизанской бригады Яковенко, расположенной в 70 километрах юго-западнее Бобруйска в районе д. Зеленковичи и Косаричи****, вербовать людей и отправлять в лес /…/ Ими были похищены две грузовые машины строительного отдела /…/ За отчетный период отделом задержано: партизан, связных и партизанских семей 187 человек, получили наказание 77 человек».
(21 апреля 1944 года)

…Арестованные отделом ЗИВА подвергались на допросах избиениям и пыткам. А еще подследственным давали «специальное блюдо»: сильно подсоленное сало, предварительно продержав арестанта без пищи 2-3 дня. Потом, в процессе допроса, ставился графин воды, но ее давали пить только после того, когда допрашиваемый давал обещание рассказывать правду.

Под следствием ЗИВА находились и мужчины, и женщины, и дети. В архиве имеется список освобожденных из-под стражи шестнадцати женщин с детьми.

Документы свидетельствуют о том, что работников отдела ЗИВА ненавидели не только советские граждане, но и презирали кадровые немецкие офицеры, о чем говорят жалобы работников ЗИВА начальству СД:

«… большую практическую помощь в работе русской полиции оказывают большинство немецких солдат и офицеров, но зарегистрированы отдельные случаи, когда некоторые немецкие офицеры и офицеры РОА (Русской освободительной армии) с публичными насмешками относятся к работникам /…/, более того, избивают последних.

Например, работники отдела ЗИВА Бушко и Власко вели под арестом заключенную Горбыль. Последнюю увидел немецкий офицер и хотел увести с собой, но Власко не выпускал заключенную из-под стражи, за что офицер ударил его два раза по лицу и все же увел последнюю».

А вот сохранившийся доклад от 19 января 1944 года:

«Имеются случаи, когда некоторые бойцы и командиры РОА встречают работников русской полиции на улицах города, на рынке и, будучи пьяными, избивают их. Если и удается в этом случае грубиянов доставить в немецкую жандармерию, то последних тут же освобождают…». То есть, даже военнослужащие армии Власова презирали «полицаев»!

Более того, не было, как оказывается, согласия и между самими предателями. Так, 16 октября 1943 года начальник ЗИВА Москаленко докладывал своему шефу: «Начальник Бобруйской районной стражи Фомичев систематически игнорирует ЗИВА, не ставя в известность о творящихся безобразиях /…/, скрывает ряд фактов, требующих расследования…».

Ненавидимые всеми, работники ЗИВА продолжали «трудится» в Бобруйске до последних дней оккупации. Фронт приближался и, видимо, для поднятия своего духа, предатели в марте 1944 года организованно вступают в «Союз борьбы против большевизма», созданный Михаилом Октантом.

«Союз» был добровольный. Немцы отнюдь не заставляли предателей 9 марта провести свое собрание, где декларировать, что они «фактически и душевно уже давно приносят свои силы для общего дела борьбы с большевизмом, за построение новой Европы…».

Действительно ли они верили в свою «историческую миссию»? Трудно ответить. Доподлинно известно лишь о том, что после войны кое-кто из бобруйских работников ЗИВА обосновались за границей.

Однако в памяти белорусского народа они остались отнюдь не борцами за свободу.

Александр КРАСАВИН.


ПРИМЕЧАНИЯ:

* После войны в Киселевичах была размещена танковая часть советской армии, в наши дни это пригород Бобруйска.

** После смерти Сталина завод был переименован в имени Ленина.

*** Интересно, что Бобруйская область, созданная немецкими оккупационными властями, после войны просуществовала еще 10 лет. В 1955 году Бобруйская область были ликвидирована, и Бобруйск вновь вошел в состав Могилевской области.

**** Как видим, немцы были прекрасно, с точностью до километра, осведомлены о месторасположении лесной партизанской бригады.


 

Автор благодарит Нину Сергеевну Скапцову, заведующую отделом государственного архива Могилевской области, любезно предоставившую редакции документы, ранее находившиеся под грифом «Секретно».

ТАКЖЕ ЧИТАЙТЕ:

Русский мир