Забытое преступление

“На чердаке, рядом друг с другом повешены две пожилые женщины, одна молодая женщина, девушка примерно 20 лет и де­вочка 10 -11 лет, все со следами изнасилования».

“…в одной комнате лежат 7 убитых гражданских лиц, среди них 2 пожилые женщины, 2 мужчин, мальчик около 14 лет. В углу скорчившись — 9-летний мальчик с совершенно разбитым че­репом, и над ним 15-летняя девочка с исколотыми руками и расцарапанным лицом, штыком изрезаны грудь и живот, ни­жняя часть тела совершенно голая».

Танкисты 5 Гвардейской армии… “облили лошадей и повозки бензином и подожгли их. Часть гражданских лиц, состоявших в большинстве из женщин и детей, спрыгнули с повозок и попытались спастись, причем некоторые уже походили на живые факелы. После этого большевики открыли огонь”.

«…У сарая я нашел своего отца, лежавшего лицом к земле с пулевым отверстием в затылке… В одной комнате лежали мужчина и женщина, руки связаны за спинами и оба привязаны друг к другу одним шнуром… Еще в одной усадьбе мы увидели 5 детей с языками, прибитыми гвоздями к большому столу…”.

Из публикации Марка Солонина о преступлениях красноармейцев на территории Европы в 1944-45 годах.

Из откликов:

В большинстве своем это были полуграмотные малокультурные колхозные крестьяне из российской глубинки с ее нищетой, отсталостью, грубостью нравов и колхозным рабством; бесправные, забитые – и привыкшие к жесткому внешнему контролю. В таких реалиях у человека атрофируются внутренние нравственные “тормоза”, а если ослабевают еще и внешние – он может легко превратиться в разнузданного дикаря. Тем более, когда в руках автомат, перед ним – беззащитные мирные люди из стана “врагов”, и ситуация – “война все спишет”. Примеров тому, что так оно во многих случаях и было, очень много, а ждать от тех “колхозных рабов” особой нравственности, большого благородства и высокой дисциплины было бы просто наивно…

Забытое преступление: 21 комментарий

  1. Сомнительно всё это. Хотя, с другой стороны, всё может быть. Но, уверен, были и нормальные вменяемые солдаты, которые подобным не занимались.

    1. Были конечно вменяемые и нормальные люди, которые как-то случайно могли остаться на свободе во времена красного террора.

    2. Следуя твоей логике, мы все потомки маньяков, насильников, педофилов и нелюдей.

    3. Сомнительно всё это
      Я не видел опровержения этих фактов.

  2. Статья, безусловно, интересная, хотя и не открывающая Америку: все мало мальски честные историки, изучающие Вторую мировую войну, так или иначе касались этой темы.

  3. 85-летний Дмитрий (http://lomonosov.livejournal.com/) откровенно касался этой темы. По его свидетельству, это было, но это не было характерно. Скажем, описал бы кто-то, как поляки уничтожали десятки тысяч польских немцев (семьями) в первые годы после войны (те же зверства), или как союзники разработали методику уничтожения людей в бомбоубежищах (прежде всего женщин и детей), а потом массово применяли её до последних дней войны, в основном по мирным городам. Вот это было, на мой взгляд, характерно.

    1. Я не знаю, что такое “характерно” и “не характерно”. Христианские заповеди дают, пожалуй, разъяснение таким “тонким” казусам, называя лжесвидетельством. Если вы знаете о факте убийства, но отрицаете его, мотивируя тем, что данный факт убийства “не характерен”. Не стоит в данном случае пенять на кого либо (на поляков, “союзников” и т. д.). Если историк дает подобные факты, то не для эмоций, а ради торжества правды.

      Вот правда.

      “Характерность”, между тем – это по сути то, что мы думаем о человеке, его поведении, о том, каким мы его желаем видеть – это утверждается в тех же заповедях. Единственный путь к такой “характерности” и лежит через соблюдение заповедей. Покрывая преступление, мы способствуем торжеству этой самой “нехарактерности”.

    2. Выявление факта, правды – выглядит несколько иначе. Берутся “архивные свидетельства”, а затем тщательно критически анализируются. Чьи архивы? Чьи исследования? Но автор поступил иначе.

      Сначала приводятся слова русских критиков, причём читатель уже обрабатывается автором: критики заведомо лгут. Они и выбраны определённым образом, и поданы комично. Затем идёт рассказ о трудной жизни кристалльно честных немецких исследователей. Критика их внутри своей страны практически не подана. Лишь сказано, что она тоже заведомо лжива – и объясняется, почему.

      Далее даются некие цифры без оценки их правдивости – автор считает очевидным, что лгать и лукавить могут только у нас. Затем уже подготовленному читателю дают десятки цитат о зверствах советских солдат.

      Потом рассматривается отдельный город Штригау, и
      сообщения немецких авторов в военное время (февраль 45-го) – даже при наличии отработанной немецкой пропаганды – считаются чистым первоисточником.

      Потом автор кратко соглашается, что всё это нельзя назвать строгим историческим анализом. Но после довольно категорично описывает с разных сторон свою концепцию событий – где кое-где видны белые нитки, но вполне цельную. Ну и напоследок сводит всех несогласных к одной узколобой категории:

      “Увы, я не могу и не хочу утешить наших “нулёвых патриотов” (русских шовинистов эпохи дорогой нефти нулевых годов 21-го века)… Все, что написано выше – правда.”

      Мне очень понравилась его идея об организованном Сталиным геноциде немцев – да, похоже. Но нельзя историку быть критичным только в одну сторону – смещаются акценты. Лжесвидетельством может быть не только сокрытие преступления, но и (в первую очередь) ложное обвинение. Почитаешь автора – так просвета не было, одни вурдалаки весной по Германии ходили. Какой эффект? Почитайте: http://eldarmurtazin.livejournal.com/384852.html,
      там среди отзывов было (уже потёрли) типа: “Ходили по Германии, всех е…ли беспробудно, теперь медальки у вас тырят – и хорошо”.

    3. Сходил по вашей ссылке. Смешно, что этот комментарий (который вы приводите) стерли. Думаю, в самой Германии такого случае в принципе бы не было. Кража, а тем более разбой там – такое же редкое явление, как в России – милосердие. Психологические – вся эта показушная “забота” о бедном ветеране говорит о том, как же далеко этим людям до истинных проявлений заботы о ветеранах.

      Кто этот подросток-грабитель? Да уж точно – не немец) Сын таких вот “горе-патриотов”. Известно, что дети, даже не осознавая, интуитивно чувствуют ложь. Вот и протестуют.

      Скажем, у Васюры, палача Хатыни, которого арестовали только в 80-ые годы, было две дочери. И обе – учительницы. Воспитывали, говорили школьникам о героизме.

      Что же касается Марка Солонина. Я почему-то уважаю этого историка. Чувствую, что он искренен. Но при этом не забываю, что факты – это факты, требуют беспристрастного к себе отношения. Многие его факты подтверждаются. Читал официальные пропагандистские лозунги Советской Армии 1944 года – страшные.

      А то что у историка мало фактов – думаю, понятно, идет поиск новых, а не отсеивание. Вот если бы он приводил рассеянные данные по разным городам, можно было бы заподозрить, что он пристрастен. А в данном случае как раз и чувствуется серьезный подход. Я думаю, по части целого можно судить о целом. Как например вот здесь:

      http://krsvwww.livejournal.com/403967.html#cutid1

      Отдельный город Борисов. Обратите внимание, сколько палачей из списка в итоге были осуждены советской властью за убийства. Можем ли мы говорить, что и в других городах было так же?

    4. Вряд ли эта кража орденов – протест против лжи. Думаю, всё проще. Это расхристанные души, и вряд ли тут всю вину надо возлагать на прошлое. Если б дети так чувствовали ложь, они бы громили многих из своих кумиров – например, эстрадных. А они слушают, открыв рты.
      Нет, я вовсе не спорю что соввласть была (и есть) во сто крат античеловечнее, чем о ней принято думать. Да, смершевцы массово рубили своих. Просто Солонин делает некоторые вольные на мой взгляд выводы, мажет всё одной краской. Вы приводите в пример Борисов. Почти сотня мерзавцев. Но какой это процент от населения? Что не осудили – да! Об этом надо говорить. Но выводы о поголовной разнузданности, которые делает Солонин – кажутся мне преувеличением, натяжкой. Спасибо, конечно, ему за труды, но он неосторожен.
      Что пропагандистские лозунги страшные – так это норма любой воюющей страны. Мой покойный друг и учитель Тимофей Васильевич вспоминал, что русских в начале войны с трудом могли заставить убивать. Приходилось создавать озверительную пропаганду, но это слабо действовало. Так что по лозунгам судить – аргумент слабый. Как и по немецким данным. Надо говорить с живыми свидетелями, пока они есть – что я в меру своих сил и делал.

  4. Есть и опыт моего деда, и моего учителя – кроме боёв, они расстреливали немцев каждый по разу (правда, в обоих случаях это был расстрел 8-10 человек), – и каждому это режет память, каждый пытался до последних дней доказать себе и всем, что был прав, расстреливая безоружных.
    Получается, мне приходится выбирать между свидетельствами неких писем – и живых людей, которых знаю. Мой выбор очевиден. Хотя вопросы остаются.

    1. Я так и не понял, о каким выборе вы говорите. Выборе между чем и чем?

    2. Между недокументированными свидетельствами, обобщёнными писателем до вывода “зверства были практически везде” – и свидетельствами людей, которых знаю, родных людей: “были изнасилования, но редко, обычно обходилось без них”.
      Естественно, я выбираю первоисточник, то есть слова людей, которых знаю.

      Писатель уверяет в документированности слов, но если мои достоверные данные вступают с его уверениями в противоречие, я склонен ему не верить. Мне кажется, вполне обоснованно.

    3. Замечательно, что вы склонны опираться на первоисточники. В этом мы с вами едины.

      Что касается “выбора первоисточников”, то здесь все как раз наоборот. Исторический факт требует подтверждения НЕСКОЛЬКИХ (независимых один от одного) источников, если же вы видите противоречия, значит, как минимум, один из источников лжет либо скрывает правду. Значит, необходимы дополнительные доказательства. “Верить” в вашем случае означает отказаться от поиска правды.

    4. Верить – в моём случае, это принять как рабочую гипотезу. Это не та вера, что в Бога. Верить – здесь значит доверять. Но я сказал “остаются вопросы” – имея в виду именно то, что это противоречие настораживает. Нужно время для углублённого исследования.

    5. Я потому и взял это слово в кавычки. Разумеется, я не имел в виду иную веру)

Обсуждение закрыто.