«БИ-2»: Лева и Шура были панками

Шура родился в Бобруйске 3 февраля 1970 года. Район Старая Бойня (здесь раньше работал убойный цех мясокомбината), где он рос, имел репутацию лихого места, тут главным аргументом в спорах были кулак или кастет.

«БИ-2»: Лева и Шура были панками
Коллектив «БИ-2» в 1990-е годы.

Но Саша Уман (настоящая фамилия Шуры) был другим. В 13 лет он получил в подарок от дяди — музыканта Михаила Карасева, группа которого, «Солнечная сторона», была очень популярна в Бобруйске, — настоящую бас-гитару. Его сразу взяли в школьный ансамбль.

Музыка — моя математика

Жил Шура в доме № 70 на улице Интернациональной.

— Саша был тихий, воспитанный, интеллигентный, дружелюбный мальчик, — вспоминает бывшая соседка звезды Зинаида Васильевна Иванова.

Когда звезда «БИ-2» только-только вспыхнула на небосклоне, в квартиру к Зинаиде Васильевне ввалились девушки с тортом и бутылкой шампанского. «Как вам повезло! — щебетали они. — Вы жили рядом с самим Шурой БИ-2!»

— А я тогда в толк не могла взять: какой Шура, что за БИ-2? — смеется пенсионерка. — Мы-то все его Сашей звали! Потом Саша мне объяснил: «Не бойтесь, тетя Зина, это были фанатки».

Шура, кстати, и теперь, приезжая в Бобруйск, обязательно заглядывает на огонек к бывшим соседям с приветами от мамы, Инны Александровны, живущей сейчас в Израиле.

От дома до школы № 19, где в 1970-е годы учился Шура, минут пять ходьбы по дворам.

— Он не расставался с гитарой даже на уроке, ставил ее в уголок, — рассказывает учительница математики Таиса Ильинична Мяделко. — На репетиции часто отпрашивался. Я отвечала: «Иди, но мне хочется, чтобы ты и математику знал, а не только музыку». «Музыка и есть моя математика», — вздыхал он.

Саша торопился в Дом художественного творчества, где играл в оркестре детского ансамбля песни и пляски. Его взяли туда на место контрабасиста.

— За него попросил Миша Карасев, с которым мы вместе играли в группе «Солнечная сторона», — вспоминает музыкальный руководитель Вадим Сажин . — Пусть, говорит, лучше у тебя поиграет, чем без дела шляется. Я поначалу сомневался — в 12 лет Шура был маленьким, хрупким, — справится ли он с контрабасом? Справился. А потом я его и гитарным аккордам подучил…

Шура не забыл наставника, на обложках дисков он отмечает: «С благодарностью Вадиму Сажину , человеку, который первым показал мне ноты».

Стихи на проверку

Лева появился на свет в Минске 2 сентября 1972 года. В школе № 90, где до 1987 года учился Егор Бортник (настоящее имя Левы), его бывшая одноклассница Татьяна Петрович сейчас преподает историю.

— Он держался обособленно, даже немного высокомерно и всегда выделялся среди нас, — вспоминает она. — На одной из общих фотографий класса все сидят в форменных синеньких костюмчиках, а Егор — в красной кожаной куртке… Он был хорошистом, хотя часто прогуливал уроки… Сколько я его помню, он все время писал стихи, и на уроках тоже. Я сидела прямо за Левой, и он передавал нам с подружкой свои творения на проверку орфографии и пунктуации.

В школьном краеведческом музее фото Егора висит на Доске почета.

— Егор был любознательным парнем, — рассказал «ТН» Станислав Брониславович Холев, учитель географии и руководитель школьного туристско-краеведческого клуба «Бригантина», который посещал мальчик. — Очень любил ходить в походы и представлял наш клуб на слетах. Спустя много лет было приятно как-то прочитать в газете, что он с любимой девушкой съездил на Байкал с палаткой…

Гроб на сцене

Ребята познакомились в 1985 году, когда Шура переехал в Минск, — поступил в местное музыкальное училище. Они вместе занимались в театральной студии «Ронд» при Дворце пионеров. Лева давал Шуре читать свои стихи.

А когда студию закрыли, друзья создали свою панк-рок-группу. Лева писал тексты, а Шура — музыку. Сначала их коллектив назывался «Братья по оружию», а потом они стали «БИ-2», что означает «берег истины». C 1988 по 1990 год исколесили всю Белоруссию. На ура шло их убойное шоу с гробом на сцене, из которого вылезал Лева, весь в бутафорской крови, распарывал подушку и швырял ее в зал, покрывая перьями визжащих от восторга зрителей… В 1989 году они записали свой первый магнитоальбом «Изменники Родины».
В 1991 году Шура с родителями переехал в Израиль: для дела, которым он всерьез занялся, — для его музыки, — в Белоруссии было тесно. А еще через два года ему стало тесно и в Израиле — он отправился работать в Австралию.

Книги на последние деньги

Лева очень скучал по Шуре и почти все свободное время проводил в компании друзей. Минская приятельница Левы БИ-2, телеведущая и писатель Тамара Лисицкая провела «Теленеделю» по местам, где гуляла их компания: Иванова, Долгих, Горбачева, Лапша, Рыжуля, Кульбик, Геша, Павлова, Рачо… И Лева.

— Мы были молодые и умные, — вспоминает Тамара. — Пили чай, обсуждали альбомы Кейт Буш и Стинга. С Левой нас познакомил Рыжуля — Дима Хороших. О том, что Лева музыкант, я знала раньше: Рыжуля все время пел его сумасшедшие песни. Каждый вечер мы гуляли по городу. Шли компанией по Ленинскому проспекту (сейчас это проспект Независимости. — Прим.). Заходили в магазин «Подписные издания» и, выгребая копейки из всех карманов, покупали книги, которых нигде больше не было: Бродского, Довлатова, Лимонова…

В хорошую погоду сидели на скамейках в скверике напротив журфака. Вели интеллектуальные беседы, писали записки в стишках… На месте кафе «Безе» раньше была столовка с пластиковыми столиками. Мы брали кофе в стаканчиках и пирожные «картошка». Иногда Лева звонил по автомату кому-нибудь из наших, тем, кто не пришел, и, если можно было, мы заваливались в гости.

Бывали и у Левы, в его маленькой комнате. Забирались на кровать, бренчали на гитаре. Помню, какое сильное впечатление произвела на меня «Варвара». Лева пел, Рыжуля подыгрывал на гитаре. Делали они это с каменными лицами, и смотреть на них было очень забавно. «Варвару» тут же разобрали на цитаты. Я попросила аккорды у Рыжули, а потом пела ее в разных компаниях, но мне говорили: «Что за муть!» А лет через шесть я услышала «Варвару» по радио — и это было здорово!..

В последний раз я видела Леву два года назад на концерте «БИ-2». Я тогда болела. Стою возле гримерок и понимаю, что у меня нет сил прорваться к окруженному поклонницами Леве. Но он сам меня заметил, подошел, обнял.

Снова вместе

Несмотря на расстояние, разделявшее их, Шура и Лева не потерялись в пространстве и времени. В 1998 году музыканты наконец воссоединились, стали работать над песнями в Австралии, а в 1999-м группа «БИ-2» впервые выступила в России на рок-фестивале «Максидром». А когда в 2000 году появился саундтрек к фильму «Брат-2» с песней «Полковнику никто не пишет», группа стала знаменитой.

Дмитрий РАСТАЕВ и Катерина ЧЕСТНОВА.

Опубликовано в журнале «Теленеделя».


БИ-2 на сайте Бобруйск гуру: