Гилберт Кийт Честертон. Если пилот верит в бессмертие, то жизнь пассажиров в опасности

Гилберт Кийт Честертон. Если пилот верит в бессмертие, то жизнь пассажиров в опасности
Гилберт Кийт Честертон (Gilbert Keith Chesterton, 29 мая 1874 — 14 июня 1936) — английский христианский мыслитель, журналист и писатель конца XIX — начала XX веков)

«Я приближаюсь к тайне слишком глубокой и страшной и заранее прошу прощения, если мои слова покажутся недостаточно уважительными там, где боялись говорить величайшие мыслители и святые. Но в страшной истории Страстей так и слышишь, что Создатель мира каким-то непостижимым образом прошел не только через страдания, но и через сомнение. Сказано: «Не искушай Господа Бога твоего», — но Бог может искушать Себя Самого, и, мне кажется, именно это и произошло в Гефсимании. В саду сатана искушал человека, и в саду Бог искушал Бога.

В каком-то сверхчеловеческом смысле Он прошел через наш, человеческий, ужас пессимизма. Мир содрогнулся и солнце затмилось не тогда, когда Бога распяли, а когда с креста раздался крик, что Бог оставлен Богом. Пусть мятежники ищут себе веру среди всех вер, выбирают Бога среди возрождающихся и всемогущих богов — они не найдут другого Бога — мятежника. Пусть атеисты выберут себе бога по вкусу — они найдут только Одного, Кто был покинут, как они; только одну веру, где Бог хоть на мгновение стал безбожником.

Вот основы старой ортодоксии, и главная ее заслуга в том, что она — живой источник восстаний и реформ, а главный недостаток — в том, что она абстрактна».

Эта слова украшают мою страничку ВКонтакте в качестве любимой цитаты. Они принадлежат Гилберту Кийту Честертону — одному из самых интересных писателей ХХ века, автору многих книг, эссе и художественных произведений .

Ниже предлагается подборка его не менее интересных афоризмов.

  • Анархия и творчество едины. Это синонимы. Тот, кто бросил бомбу, — поэт и художник, ибо великое мгновение для него превыше всего.
  • Артистический темперамент — это недуг, которым страдают любители.
  • Архитектура — это азбука гигантов, величайшая система видимых символов, когда-либо созданная.
  • Бедные бунтовали иногда и только против плохой власти; богатые — всегда и против любой.
  • Без образования нам угрожает ужасная, смертельная опасность — воспринимать образованных людей всерьез.
  • Безумными могут быть приключения, герой же должен быть разумным.
  • Библия велит нам любить наших ближних, а также — наших врагов; вероятно, потому, что по большей части это одни и те же люди.
  • Благотворительность — способность защитить то, что незащитимо.
  • Большинство современных философов готовы пожертвовать счастьем ради прогресса, тогда как только в счастье и заключается смысл всякого прогресса.
  • В великом произведении всегда содержится простейшая истина в расчете на простейшее прочтение.
  • Возможна только одна биография — автобиография; перечень же чужих поступков и эмоций — не биография, а зоология, описание повадок диковинного зверя.
  • Волшебные истории – это больше, чем правда: не потому, что они лгут, будто драконы существуют, а потому, что утверждают, что дракона можно победить.
  • Вор почитает собственность. Он просто хочет ее присвоить, чтобы еще сильнее почитать.
  • Все люди, которые действительно верят в себя, сидят в сумасшедшем доме.
  • Все человеческие беды происходят от того, что мы наслаждаемся тем, чем следует пользоваться, и пользуемся тем, чем следует наслаждаться.
  • Вся разница между созданием и творением сводится к следующему: создание можно полюбить лишь уже созданным, а творение любят еще несотворенным.
  • Всякий консерватизм основывается на том, что если все оставить как есть, все останется на своих местах. Но это не так. Если хотя бы одну вещь оставить на своем месте, она претерпит самые невероятные изменения.
  • Высшая цель путешествия не в том, чтобы увидеть чужую страну, а в том, чтобы увидеть свою страну как чужую.
  • Газета, выходя чрезвычайно быстро, интересна даже своими просчетами; энциклопедия же, выходя чрезвычайно медленно, не интересна даже своими открытиями.
  • Главный грех журналистики в том, что в своих статьях газетчик выставляет в ложном свете себя самого.
  • Гораздо естественнее ведет себя тот человек, который машинально ест икру, чем тот, кто принципиально не ест виноград.
  • Дело не в том, что мир стал гораздо хуже, а в том, что освещение событий стало гораздо лучше.
  • Дело не в том, что они не способны увидеть решение. Дело в том, что они не могут увидеть проблему.
  • Демократия означает правление необразованных, аристократия — правление плохо образованных.
  • Демократы ратуют за равноправие при рождении. Традиция выступает за равноправие после смерти.
  • Для детской натуры пессимиста каждая смена моды — конец света.
  • Для поэта радость жизни — причина веры, для святого — ее плод.
  • Для угнетенных хуже всего те девять дней из десяти, когда их не угнетают.
  • Для человека страсти любовь и мир — загадка, для человека чувствительного — старая как мир истина.
  • Друзья тебя любят таким, какой ты есть; жена тебя любит и хочет сделать из тебя другого человека.
  • Дураков тянет к интеллектуальности, как кошек к огню.
  • Единственное истинное благо — неоплатный долг.
  • Единственный минус нашей демократии в том, что она не терпит равенства.
  • Единственный способ успеть на поезд — опоздать на предыдущий.
  • Единственный шанс остаться в живых — не держаться за жизнь.
  • Если вам говорят, что какой то предмет слишком мал или слишком велик, слишком красен или слишком зелен, чересчур плох в одном смысле и так же плох в противоположном, знайте: нет ничего лучше этого предмета!
  • Если вы не испытываете желания преступить хоть одну из десяти заповедей, значит, с вами что то не так.
  • Если вы не поняли человека, вы не имеете права осуждать его, а если поняли, то, вполне возможно, не пожелаете этого делать.
  • Если пилот верит в бессмертие, то жизнь пассажиров в опасности.
  • Если что либо действительно стоит делать, стоит делать это и плохо.
  • Жизнь серьезна всегда, но жить всегда серьезно — нельзя.
  • Жизнь слишком хороша, чтобы ею наслаждаться.
  • Журналистика — это когда сообщают: «Лорд Джон умер» людям, которые даже не знали, что лорд Джон жил.
  • Зло подкрадывается, как болезнь. Добро прибегает запыхавшись, как врач.
  • Золотое пpавило этики — в том, что нет золотого пpавила.
  • Издеваясь над ограниченностью, мы сами подвергаемся серьезной опасности сделаться ограниченными.
  • Интеллектуалы делятся на две категории: одни поклоняются интеллекту, другие им пользуются.
  • Искусство — это всегда ограничение. Смысл всякой картины в ее рамке.
  • Каждый политик является многообещающим политиком.
  • Каждый хочет, чтобы его информировали честно, беспристрастно, правдиво — и в полном соответствии с его взглядами.
  • Классиком мы называем писателя, которого можно хвалить не читая.
  • Когда говорят, что нельзя ругать англо-бурскую войну, пока она не кончилась, не стоит даже отвечать; с таким же успехом можно говорить, что нельзя преграждать матери путь к обрыву, пока она не свалилась.
  • Когда человечество уже не производит на свет счастливых людей, оно начинает производить оптимистов.
  • Кощунство умирает вместе с религией; если вы сомневаетесь в этом, попробуйте кощунствовать против Одина.
  • Литература и беллетристика — вещи совершенно разные. Литература лишь роскошь, беллетристика — необходимость.
  • Любая мода — форма безумия. Христианство потому и немодно, что оно здраво.
  • Любовь не ослепляет, куда там! — любовь связывает, и чем крепче ты связан, тем яснее видишь.
  • Любовь, по природе своей, сама связывает себя, а институт брака лишь оказал рядовому человеку услугу, поймав его на слове.
  • Малый круг так же бесконечен, как большой, но не так велик.
  • Материалисты и сумасшедшие не знают сомнений.
  • Многие из тех, кто способен сочинить эпическую поэму, не способны написать эпиграмму.
  • Много говорят смиренные; гордые слишком следят за собой.
  • Много часов он стоял на лужайке, следя за тем, как разбивают бутыли и ломают бочки, и услаждаясь той фанатичной радостью, которую его странной, холодной душе не могли дать ни еда, ни вино, ни женщины.
  • Множество умных людей, подобно вам, уповали на цивилизацию: множество умных вавилонян, умных египтян и умнейших римлян на закате Римской империи. Мы живем на обломках погибших цивилизаций: не могли бы вы сказать, что такого особенно бессмертного в вашей теперешней?
  • Молчание — невыносимая реплика.
  • Мы сами заводим друзей, сами создаем врагов, и лишь наши соседи — от Бога.
  • Надежда — это умение бороться в безнадежном положении.
  • Надменное извинение — еще одно оскорбление.
  • Найти истину при помощи логики можно лишь при условии, что она уже найдена без помощи логики.
  • Насилие над человеком — это не насилие, а мятеж, ибо каждый человек — король.
  • Наши поступки и мысли определяет вера, особенно когда мы ни во что не верим.
  • Не сомневаюсь, что Святой Георгий, убивая змея, до смерти боялся принцессы.
  • Не то чтобы мир стал гораздо хуже, но освещение событий стало гораздо лучше.
  • Нелепость — признак достоинства.
  • Нетрудно понять, почему легенда заслужила большее уважение, чем история. Легенду творит вся деревня — книгу пишет одинокий сумасшедший.
  • Никакая война не заслуживает оправдания, кроме войны оборонительной. А оборонительная война, по самой своей природе и по определению, — это такая война, с которой человек возвращается избитый, истекающий кровью и не способный похвалиться ничем, кроме того, что ему удалось выжить.
  • Никогда не ломайте забор, не узнав, зачем его поставили.
  • Ничто не наводит в наш век большего уныния, чем увеселения.
  • Одно дело — любить людей, совсем другое — быть филантропом.
  • От глаз к сердцу проложена дорога, которая не проходит через интеллект.
  • Парадокс напоминает о забытой истине.
  • По настоящему трусливы только те мужчины, которые не боятся женщин.
  • Поверьте, сходят с ума вовсе не люди с богатым воображением. Даже в самом трагическом состоянии духа они не теряют рассудка. Их можно всегда встряхнуть, разбудить от страшного сна, поманив более светлыми видами, потому что у них есть воображение. Сходят с ума люди без воображения. Упрямые стоики, преданные одной идее и понимающие ее слишком буквально. Молчальники, которые дуются-дуются, кипят, пока не взорвутся.
  • Погоня за здоровьем всегда приводит к нездоровым вещам. Нельзя подчиняться природе, нельзя поклоняться – можно только радоваться.
  • Почему не будем спорить о словах? О чем же тогда спорить? На что нам даны слова, если спорить о них нельзя? Из-за чего мы предпочитаем одно слово другому? Если поэт назовет свою даму не ангелом, а обезьяной, может она придраться к слову? Да чем вы и спорить станете, если не словами? Движениями ушей?
  • Преступник — это художник-творец; детектив — всего лишь критик.
  • Приключения могут быть безумными, герой их должен быть разумен.
  • Психоанализ — это исповедь без отпущения грехов.
  • Путешественник видит то, что видит; турист видит то, что приехал увидеть.
  • Путешествия развивают ум, если, конечно, он у вас есть.
  • Раз человек учится играть в свое удовольствие, почему бы ему не научиться думать в свое удовольствие?
  • Растущая потребность в сильном человеке — неопровержимый признак слабости.
  • Сам по себе всякий человек с виду существо, пожалуй что, и разумное: и ест, и спит, и планы строит. А взять человечество? Оно изменчивое и загадочное, привередливое и очаровательное. Словом, люди — большей частью мужчины, но Человек есть женщина.
  • Самый несчастный человек на свете — это атеист, он видит морской закат, и ему некому сказать спасибо за эту красоту.
  • Свобода — это художник в человеке…
  • Сила всякого художника — в умении контролировать, укрощать свою несдержанность.
  • Сказки не говорят детям о том, что есть драконы — дети сами об этом знают. Сказки говорят, что драконов можно убить.
  • Современный город уродлив не потому, что это город, а потому, что это джунгли…
  • Стремление к свободной любви равносильно желанию стать женатым холостяком или белым негром.
  • Теперь говорят, что нельзя наказывать за ересь. Я часто думаю, вправе ли мы наказывать за что-либо другое.
  • Терпимость — добродетель людей без убеждений.
  • Только тот, кто ничего не смыслит в машинах, попытается ехать без бензина; только тот, кто ничего не смыслит в разуме, попытается размышлять без твердой, неоспоримой основы.
  • Тот, кто хочет всего, не хочет ничего.
  • Труднее всего действительно любить то, что любишь.
  • Убийца убивает человека, самоубийца — человечество.
  • Фанатик — тот, кто воспринимает всерьез собственное мнение.
  • Хорошего человека узнать легко: у него печаль в сердце и улыбка на лице.
  • Хороший роман говорит правду о своем герое, плохой — о своем авторе.
  • Хотя я вовсе не считаю, что мы должны есть говядину без горчицы, я совершенно убежден, что в наши дни существует куда более серьезная опасность: желание съесть горчицу без говядины.
  • Христианин действительно хуже язычника, испанец — хуже индейца и даже римлянин хуже карфагенянина, но только в одном смысле. Он хуже потому, что его прямое дело — быть лучше.
  • Часто бывает, что плохие люди руководствуются хорошими побуждениями, но еще чаще, наоборот, хорошие люди — плохими побуждениями.
  • Человеческий род, к которому принадлежат столь многие из моих читателей…
  • Человечество — это не табун лошадей, которых мы должны накормить, а клуб, в который мы должны записаться.
  • Честность не бывает респектабельной — респектабельно лицемерие. Честность же всегда смеется, ведь все, нас окружающее, смешно.
  • Чудо — свобода Бога.
  • Юмор с трудом поддается определению, ведь только отсутствием юмора можно объяснить попытки определить его.
  • Я не верю современным толкам о домашней скуке и о том, что женщина тупеет, если она только готовит пудинги и печет пироги. Только делает вещи! Большего не скажешь о Боге.
  • Я не могу доказать справедливость своей точки зрения именно потому, что ее справедливость — очевидна.
  • Я — человек, с величайшей отвагой открывший открытое ранее
  • Я хочу любить ближнего не потому, что он — я, а именно потому, что он — не я. Я хочу любить мир не как зеркало, в котором мне нравится мое отражение, а как женщину, потому что она совсем другая.

Гилберт Кийт Честертон. Если пилот верит в бессмертие, то жизнь пассажиров в опасности

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.