Мама, музыка, Бобруйск. Исповедь Якова Миркина

Известный российский экономист Яков Миркин появился на свет только потому, что в один прекрасный день 1934 года талантливая 13-летняя бобруйская девочка – в будущем его мама – отправилась в  Ленинград покорять высоты музыкального искусства. Так она спаслась, потому что в Бобруйске в гетто погибла вся семья: ее мать, отец, трое детей…

Создатель электронной финансовой библиотеки «Mиркин.ру», колумнист Forbes, «Российской газеты» и других изданий поделился трогательной личной историей.

«Я появился на свет благодаря классической музыке».

«Я появился на свет благодаря классической музыке.

Ей было тринадцать лет, и она с ума сходила по этим сонатам, этюдам, а уж ноктюрн казался ей лучше смеха.

Ее фортепиано летало выше всех, и тот, чье имя пропало в истории, сказал ее испуганным родителям, что детке нужно учиться и есть место в музыкальном училище, кажется, на Литейном или Моховой, но в старинном особняке с витыми перилами в Ленинграде.

Шел год от рождения Христа 1934-й, дело было в Бобруйске, и Моховая вместе с Литейным были где-то там, в космосе.

Ей было тринадцать лет, и она трясла родителей, и раскачивала их сердца, как на ветке, пока не отправилась в одиночество, то ли в Петербург, то ли в Ленинград, жить своей музыкой.

И поэтому она выжила.

В бобруйском гетто погибли и те, кто с плачем ее отпускали, и те, кто к ней со смехом цеплялся, и те, с кем я мог быть в детстве не разлей вода. Они просто не родились.

В моей жизни никогда не было Бобруйска. Мы никогда больше не возвращались в этот свет, в эту тьму. Моя мать, полная энергии и любви, не могла просто говорить об этом, но я всегда знал, что появился на свет только потому, что в один прекрасный день 1934 года она вытрясла душу у тех, кто любил ее больше жизни, и отправилась в одиночестве, в смешном детском состоянии, в город, полный неизвестности, на шаг от голодного обморока, но в путь, в путь к своей музыке.

И поэтому мне всю жизнь кажется, что я в дороге, что ничего не закончилось и что все только начинается, и единственное, что нужно, это быть в пути. Но это – «быть в пути» – я говорю каждому, кого знаю, заменяя это еще и на – «быть в полете» – что, в сущности, одно и то же.

«Пронизан Шопеном и Бетховеном»

Ранее в интервью журналу «Москва-Ерушалаим» Яков Моисеевич рассказывал о своих родителях:

«Родители – яркие, настоящие. Отец – великолепный авиационный технолог, работал всю жизнь в конструкторском бюро у Ильюшина, получал за каждый новый самолет ордена, пропадал на работе с утра до вечера. Очень мягкий, очень умный. Верх доброты…

Мама – пианистка, учитель фортепиано. Редкий талант. Чудо энергетики и любви к детям. Их выхаживания. Вечной работы. Всегда по субботам-воскресеньям в семье была музыка, звучало фортепиано. День был пронизан Шопеном и Бетховеном.

У нас была семья из трех поколений. Был идиш, как язык взрослых. Как жаль, что только их! Были молитвы – истинные, были праздники – со всеми, кто уцелел, был чудесный вкус того, что не попробовать уже ни за что».

«Я – выживший, сын выживших»

«Они чудом все выжили, я пишу об этом в книге «Открытая дверь». Маленькая 13-летняя девочка из Бобруйска оказалась в ленинградском музыкальном училище. Так она спаслась, потому что в Бобруйске в гетто погибла вся семья: ее мать, отец, трое детей.

В Ленинграде мама вышла замуж за брата своей лучшей школьной подруги. Вышла замуж 3 июля 1941 года, и тоже спасла всю семью. Отца как инженера сразу же вывезли с заводом на Урал. Мама осталась одна и, чтобы быть с ним, вытащила всю семью в одном из последних эшелонов, уже под бомбежками. И так спаслась второй раз. Никто не хотел уходить, бросать все, что нажито, никто не верил в то, что такое может случиться с Ленинградом».

BG.


Заказать книгу «Открытая дверь» на сайте автора

Мама, музыка, Бобруйск. Исповедь Якова Миркина

Это легкая книга. В ней сотни историй. Все они о том, как вылепить из себя величину. Реальную. Не мнимую. Как жить, когда всё кипит. Не подчиняться обстоятельствам – всё изменится. По жанру – пряная проза и эссе для свободных и изобретательных людей. Или для тех, кто ими все равно станет. Книга – арт-объект. В ней соединены изображения всех времен под ярким знаком искусства Анатолия Зверева. Легкая книга, чтобы бросить в сумку и читать по дороге, или просто книга для безотчетного размышления вечером, когда все устали.


Facebook Якова Миркина


Хорошие люди на сайте Бобруйск гуру: