Работа

В церковно-славянском языке нет слова «работа», есть только слово «рабство». И верно ведь – зачем называть одну вещь разными именами?

Рабы ищут работу. Это так естественно. Точно так же естестенно, что никто из рабов не хочет трудиться.

Раб не хочет и не любит трудиться. Он только работает.

“Ищу работу” – единственная рубрика, присутствующая во всех газетах, от самых левых до самых правых, это индустрия, в которой работают миллионы: экономисты, психологи, специалисты центров занятости и прочие, прочие. “Ищу работу” – полегче и посказочнее, но работу, но ищу, и желательно – с “полным соцпакетом” – это ли не ежедневная и не ежечастная мысль раба?

Как может любить труд раб(очий), встающий утром по будильнику? Раб вообще ничего не любит кроме двух вещей – постоянной работы и похлебки по расписанию.

Искать работу или продавать свой труд? Думаешь, между этими двумя словосочетаниями нет разницы? Если для тебя нет разницы между любящей женщиной и проституткой – тогда да.

Работа

Работа: 9 комментариев

  1. есть там слово работа. правда значение точно такое же)

    1. спасибо, буду знать… менять текст не буду, но готов делать ссылку на ваше важное замечание)

    2. я просто помню где-то упоминалась в каком-то песнопении “работа диаволя”)

  2. Я давно думал об этом и на днях пришла мысль-отгадка:
    есть ведь высокое для церкви понятие “раб Божий”. Так вот: в конечном счёте приемлема та работа, в которой ты раб не человеку, но Богу. То есть благословенная работа. Но “не рабами вас зову, а друзьями” – то есть Бог в развитии отношений с человеком отменяет это рабство. Оно, у каждого в свой час, переходит в дружбу. И работа становится сотворчеством с Ним.

    1. Cпасибо за ваши слова. В целом я согласен. У меня на счет понятия “раб Божий” немного другой ход мысли, но мне кажется, это сторона одна и та же,о чем сказали вы.

      Просто я не думаю, что Бог специально хочет видеть нас рабами) Вокруг этого понятия “раб Божий” потому столько домыслов, что человек не верит в то, что Бог любит каждого. В рабство человека взял дьявол. То есть мы “рабы Божии” не потому, что Бог любит рабов, а потому, что он любит нас, даже если мы являемся рабами. Слышали ли вы когда-нибудь в церкви, что бы сказали “Божий раб”?.. А ведь если бы рабы были у Бога, то так бы и говорили.

      Бог любит каждого – вот от чего надо исходить.

      Не Он назвал или сделал нас рабами, и потому не Он отменяет рабство. Сам человек, это его выбор, быть рабом или перестать быть рабом (дьявола) и стать другом, соратником Бога.

      Я выражаю только лишь свою точку зрения, поэтому прошу не судить строго)

    2. Да, конечно, наше понятие о рабстве немыслимо смешивать с теми отношениями, которые выстраивает Бог. Впрочем, как и любые понятия, даже положительные, ведь Бог всегда их сложнее и выше.
      В значении церковном, думаю, по сути здесь имеется в виду способность самозабвения, самоотречения и даже смерти ради Бога – аналогично тому, как он отрёкся себя и пошёл на смерть ради людей. До Воплощения и Жертвы ещё можно говорить о воспитательном смысле рабства Богу – впрочем, всегда в ограниченном смысле, ведь есть даже слова: “Я вывел вас из Египта, из дома рабства”. Рабство людям вообще всегда в Писании связано с отдалённостью от Бога (например, Вавилонский плен). С приближением к Нему всякое рабство людям исчезает.
      А после Жертвы вообще понятие рабства устаревает. У Павла: “Потому что вы не приняли духа рабства, [чтобы] опять [жить] в страхе, но приняли Духа усыновления, Которым взываем: ‘Авва, Отче!’ Сей самый Дух свидетельствует духу нашему, что мы – дети Божии”. Более того, рабство законам этого мира истаевает тоже: “Тварь покорилась суете не добровольно, но по воле покорившего её, в надежде, что и сама тварь освобождена будет от рабства тлению в свободу славы детей Божиих.”
      Проблема церкви в том, что многие хотят войти в неё без страха Божьего, т.е. отрицая стадию смирения, но это подобно тому, как малый ребёнок хочет войти во владение наследством отца, не войдя сердцем в сыновство. Он просто разорит наследие, если не будет бережен. Страх можно понимать как страх обидеть, а рабство, как почтение к родителю. Это тот уровень, когда страх и рабство тают и растворяются в любви, как соль в горячей воде.

    3. Добавлю, что слова “раб Божий” (а ещё пуще – “я, грешный недостойный раб Божий”) несут смысл смирения человека. Он как бы удостверяет: “Я прежде всего грешен, и если я Божий, то лишь в моём служении, которое исполняю недостойно даже раба”. Когда же кого-то хвалят, говорят: “Божий человек”. Вот здесь-то Божий на 1-е место ставят. Но о себе ведь никто не скажет: “Я – Божий человек!!” Или – “Я не просто раб, я БОЖИЙ раб!!” Потому что нескромно это )
      Вообще, со смирением (особенно в православии) палку перегнули, об этом много писал Бердяев… Уж так исторически сложилось.
      Но по личному опыту скажу: обычно главное, что мешает человеку креститься – недостаток смирения. Когда он его восполняет – путь в церковь открыт.

Обсуждение закрыто.