Франц Кафка и Патрик Зюскинд

Из моей дискуссии

togo: Я бы не сказал, что творчество Патрика Зюскинда – продолжение прозы Франца Кафки. Имхо ничего общего.

– Кафка, Эдгар По, Гофман, Гессе, Зюскинд, русские Достоевский, Гоголь, Булгаков – только посредственный ум не заметит ОБЩЕЕ между этими писателями. Все они интуитивно очень глубоко понимали природу человеческой психики, остро чувствовали резонансы мира (по Зюскинду в Парфюмере – запахи) и пропускали их через свою душу. ИМХО: это писатели-субъективисты, противосоящие т.н. “объективистам”. А поскольку они субъективисты, ты конечно отличаются стилем изложения, лексикой, тематикой, но, повторяю, их объеденяет главное: лежащий в основе их творчества интуитивизм и субъективизм.

josephina_k: Зюскинд безусловно не безликий автор. Но с Кафкой я бы не стала и сравнивать. Многие претендуют на психологизм, тонкое понимание природы разных психических проявленией. Но философская глубина и имманентный литературный стиль – этого на каждом шагу не встретишь. И в этом отношении шаг с Зюскиндом можно и пропустить. Кафка жил своей философией, у Зюскинда же вообще нет философии – так, идеи, модифицированные для пущего привлечения внимания, но никак ни для познания и понимания человека.

– Ну, я ведь не сравнивал, а дал определение “достойное продолжение”. Это во-первых. Второе, мы пока не имеем равноценных источников для того, чтобы уверенно заявлять какую бы то ни было позицию (это и ко мне относиться). Мы узнали Кафку спустя 20 лет его смерти. Зюскин – это наш современник, он живет…, но он такой же затворник, как и Кафка, никто не ведает, что у него “в столе”, и что там у него в дневниках, ведет ли он их, а может сжег? Ведь половина Кафки – это его дневники (которые, кстати, он завещал сжечь). А что у Зюскинда? Я предполагаю, высказываю свое мнение. Время покажет.

josephina_k: Не могу не согласиться с вами, уважаемый krsvwww. Я не категорична, ни в коем случае. Но тем ни менее, у меня сложилось впечатление, что Зюскинд обращается к так называемым “естественным” свойствам человека, и провозглашает их основополагающими. Но человек, на мой взгляд уже, не может считаться исключительным естеством, так как наделен сознанием и возможностью им пользоваться для самоосознания и, соответственно, свободного выбора. Я, может быть, ошибаюсь, но мне показалось, что Зюскинд относится человеку как к связанному его природой. Я сама придерживаюсь другого мнения, при чем даже несколько агрессивно. )) Поэтому Кафка мне гораздо ближе его непрерывной рефлексией, которой пронизана каждая его строчка – то есть он противостоит стандартной морали, приспособленной самооправдывающимися слабостью собственной природы людьми для самих себя таковых. А Зюскинд, мне кажется, относится именно к таким людям – не глубина понимания, а поверхностность самооправдания. Но я не претендую на конечное экспертное мнение – это рассуждения.

– Похоже, вас действительно интересует эта тема.
Меня тоже. Я пристально пытаюсь понять ваше “…у меня сложилось впечатление, что Зюскинд обращается к так называемым “естественным” свойствам человека, и провозглашает их основополагающими… Я сама придерживаюсь другого мнения, при чем даже несколько агрессивно. ))”. Лично я в каждой строчке и Франца Кафки, и Патрика Зюскинда вижу их приглашение к интуитивному сопереживанию бытия. И мне близки оба эти писателя. И полное собрание сочинений Кафки, и томик Зюскинда приобрел в середине 90-ых, и всегда между собой эти книги дружили)Может это только уменя дома, не знаю) ведь бывает же, что дружат кошка с собакой)))
…..И Кафка, и Зюскинд с иронией относятся к миру,
с той иронией, на которую спосбны люди, постигшие основы бытия глубже, чем об этом принято писать говорить “на публике”. Оба – философы,
скрывающие это за человеческими “животными” переживаниями.
Я недаром вспомнил о дневниках Кафки. Я почему-то думаю, чо среди поклонников Кафки больше тех, кто ПЕРЕчитывает его дневники, а не рассказы и романы. Впрочем, и дневники, и произведения Кафки насквозь пронизаны тем самым “естеством”, о котором вы говорите. Род, семья – это разве не приРОДа??? Прочтите “Письмо к отцу” Кафки – это вообще нечто неповторимое в мировой литературе. Натурально его письмо к отцу, не духовному лицу, а, что называется, по крови, где поднимаются вопросы абсолютно земные, но это творение приравнивается к основополагающим работам, исследуемых кафкианством.

josephina_k: Я полагаю, уважаемый krsvwww, что Кафке не была присуща ирония. Зюскинду – может быть, учитывая что ирония – это некоторым образом притворство, лукавство, да и ощущение собственного превосходства… Франц Кафка испытывал страдания от собственной неадекватоности, от гораздо большего понимания людей и мира, чем эти люди и мир могли принять. Он видел механистичность людей, их отступление от собственной ответственности за себя и их мир, но в то же время любил их, и глубоко страдал. Зюскинду сострадание чуждо, на мой вгляд. Вероятно, он даже продвинулся к большему по сравнению с многими пониманию схематичности человеческой жизни, но себя считает вне этой игры, якобы не подверженным подобным страстишкам. Может, я не права. Но тексты Кафки завораживают абослютной непошлостью и несмотря на жанровую злость абурдизма – добротой. Зюскинд много проще…

– Об Иронии Кафки я сужу по отзывам Густава Яноуха, который беседовал с ним. Что же касается текстов, здесь надо учитывать, что Кафка писал прежде всего для себя, он вообще не был писателем в том смысле, как мы понимаем человека, который создает произведение, обращенное к читателю. Кстати, у многих писателей их дневники отличаются от их “публичных” произведений. В дневниках мало иронии, больше боли. Я согласен. Но это не значит, что человек не был ироничен… Вообще, я прежде должен был наверное не согласиться с вами с вашим пониманием, что есть ирония. Вы не верите, что ирония может быть доброй?
Как вы считаете, древнерусские юродивые, скоморохи выражали своим отношением к миру иронию или вы назовете это другим словом? Для меня ирония – это ирония искренности.
Но если вы хотите знать, юродивый или скоморох, возвращаясь из мира в свою коморку, может страдать и плакать. В личном дневнике клоуна окажется мало веселья. Именно поэтому мы не видим иронии в дневниках (текстах) Кафки, но, повторюсь, в общении с друзьями он был полон иронии.
Пошлость Зюскинда – возможно. А возможно, он намеренно пытался создать такое произведение (я говорю о Парфюмере). Я не думаю, что Зюскинд пошлый человек. Но он может писать так, чтобы специально создавать в читателе чувство отвращения, пошлости.
…Мне кажется, более циничным было бы написать о Парфюмере так, чтобы мы не испытывали к этому герою ни пошлости, ни отвращения,а только лишь сострадание… Кстати, одним из недостатков вышедшего недавно на экраны фильма “Парфюмер” называют именно то, что главный герой Гренуй… красив, что он не вызывает отвращения… Об этом вы можете прочитать в рецензиях посетителей общества .

С уважением.