Белорусская Советская Социалистическая Республика. Впервые провозглашена 1 января 1919 года под названием Советская Социалистическая Республика Белоруссия, которая 31 января 1919 года вышла из состава Российской СФСР, а 27 февраля объединилась с Литовской Советской Республикой в Социалистическую Советскую Республику Литвы и Белоруссии (ССР ЛитБел). Юридически ССР ЛитБел прекратила существование 31 июля 1920 года, когда в Минске была восстановлена Советская Социалистическая Республика Белорууссия, в дальнейшем изменившая название на Белорусская Советская Социалистическая Республика. БССР в числе 4 советских республик 30 декабря 1922 года подписала Договор об образовании СССР. 27 июля 1990 года была принята Декларация о государственном суверенитете БССР. 19 сентября 1991 года БССР была переименована в Республику Беларусь,
Предлагаем вашему вниманию избранную переписку двух писателей, опубликованную в журнале «Сибирские огни».
Читать далее «Алесь Адамович и Василь Быков: диалог в письмах. Часть 1-я»
Белорусский писатель, прозаик Борис Микулич родился в Бобруйске 6 августа 2012 года. С 1929 года работал в бобруйской газете «Камунiст», затем в государственном издательстве БССР и в газете «Лiтаратура i мастацтва». В 1936 году Борис Микулич был арестован по ложному обвинению и осужден на 10 лет.
Вернувшись из сталинских лагерей, Борис Микулич устраивается работу в Бобруйскую городскую библиотеку и собирает материал о деятельности подполья в годы фашистской оккупации. Он встречается с партизанами, подпольщиками, партийными работниками, действовавшими в тылу врага.
В результате уже в 1948 году была закончена повесть «Трудная година», ставшая одной из первых книг о немецкой оккупации. В апреле 1949 года Микулич снова был арестован и сослан в Сибирь, где скончался в 1954 году.
Публикуется по изданию, вышедшему в 1973 году. Перевод Георгия Попова.
Часть первая • Часть вторая • Часть третья
I
А может, ничего этого и не было? Может, все это приснилось? Бывает, теряется грань между сном и явью, о ней, об этой грани, еще помнишь, как только проснешься, а потом она вдруг стирается навсегда, и начинает казаться: то, что снилось, — правда, а то, что происходит сейчас – лишь страшный сон.
Молодая женщина сидит за круглым столом, в отполированной глади которого тускло отражается падающий в окно свет. Голова у нее тяжелая, как после болезни, кажется — ей трудно держать ее на плечах, и вот теперь, сидя за столом, женщина подперла подбородок занемевшими руками. Надо дать рукам отдохнуть — изменить позу, встать и чем-нибудь заняться… Солнце уже опустилось за кленовые кроны, листья стали почти черными. Значит, скоро вечер. Значит, скоро… Женщина встает с места. Вязаный желтый платок бесшумно соскальзывает на пол. Лето, а она кутается в теплый платок… Вот женщина делает несколько шагов по комнате, держась за край стола тонкими пальцами. Пальцы оставляют следы — сколько пыли! Вот зеркало. В этой почти пустой комнате, где кроме стола лишь несколько стульев с низкими округлыми спинками да прикрытый рогожей диван, зеркало с гладкой живой поверхностью представляется чем-то лишним, ненужным.
А вот рисунок, что косо висит на пустой стене, как нельзя лучше подходит к обстановке. Он одинок, этот рисунок, и лишь подчеркивает пустоту стены. На нем — большой многоэтажный дом с множеством заштрихованных розовой тушью окон. Окна без рам, поэтому дом кажется слепым. Женская фигура заслоняет отражение слепого дома. Пестрыйсарафан в мелких цветках белого, синего, красного цвета, яркий летний сарафан… Но лицо женщины и руки настолько бледны и точно бескровны, что их не оживляют даже эти цвета. Читать далее «Борис Микулич. Трудная година. Часть 1-я»
Эта повесть бобруйского автора стала одной из первых книг о немецкой оккупации
Часть первая • Часть вторая • Часть третья
I
В феврале 1943 года завершилась великая Сталинградская битва, а уже в марте наименее устойчивая часть немецких вооруженных сил — итальянские войска — была снята с передовых позиций и отведена в глубокий тыл. Крушинск, как и другие города Белоруссии, был забит жадными на еду, спирт, развлечения, болтливыми итальянцами; ими попробовали заменить немецкий гарнизон, но скоро выяснилось, что это тоже небезопасно. Как-никак итальянцы сражались за чужие интересы и сражаться за них, за эти интересы, не хотели, они открыто поносили фюрера и дуче и возлагали надежды только на бога и Виктора-Эммануила. Читать далее «Борис Микулич. Трудная година. Часть 3-я»
Эта повесть бобруйского автора стала одной из первых книг о немецкой оккупации
Часть первая • Часть вторая • Часть третья
I
Зима в том году была скверная. Морозы были не сказать чтоб сильные, редко бывали и оттепели, но по ночам и утрам земля окутывалась густым молочно-белым туманом, и он пронизывал все — и безлюдные улицы, и редко топившиеся отсыревшие дома, и души их обитателей. Читать далее «Борис Микулич. Трудная година. Часть 2-я»
Как учит нас история, в Беларуси с руководителями КГБ раньше была просто беда:
1) первый белорусский чекист Яркин Виктор Иванович, председатель ЧК БССР (1918-1919) — расстрелян.
2) вторым председателем ЧК был Ротенберг Александр Иосифович (1920-1921). Бесследно исчез.
3) Ольский-Куликовский Ян Каликстович. Председатель ГПУ БССР (1921 — 1923). Казнен как польский шпион.
4) Пинталь Станислав Францевич. Председатель ГПУ БССР (1923-1924). Высшая мера наказания – пуля в затылок.
5) Медведь Филипп Демьянович. Председатель ГПУ БССР (1924-1925) — сначала тюрьма, потом, по повторному делу, расстрел.
6) …Пиляр. Расстрел.
7) …Раппопорт. Пуля в затылок.
8) …Реденс. Расстрел.
9) …Матсон. Пуля в затылок.
10) …Заковский. Расстрел.
11) …Леплевский. Расстрел.
12) …Молчанов. Расстрел.
13) …Берман. Пуля в затылок.
14) …Наседкин. Расстрел.
15) Цанава (Джанджгава) Лаврентий Фомич… Народный комиссар внутренних дел БССР (1938-1941). Министр Государственной безопасности БССР (1943 — 1951). Умер в тюрьме (по официальной версии).
Более подробно обо всех руководителях белорусских органов – здесь .
И знаете, что самое интересное. Каждая из этих тварей Божиих думала, что длань Высшей справедливости ее никогда не коснется… Последний случай, кстати, весьма интересный. Цанаву не расстреляли. Два года в тюрьме опущенный бедняга сочинял слезные письма товарищу Ворошилову.
Дорогой Климент Ефремович! Умоляю Вас, войдите в мое положение и в положение моей несчастной семьи. Ради милосердия пощадите, помилуйте и освободите меня. Пощадите больного, израненного старика. Не связывайте меня с врагом Берия, с которым я никогда ничего общее не имел. Но не в этом дело. Я прошу помилования и пощады. Я не в состоянии писать, я плачу. Надеюсь на Ваше человеколюбие.
Арестованный Цанава. 29 января 1955 г.
Интересно, наша любимая Советская Белоруссия публикует сегодня такие материалы по указке Лукашенко или так, просто?
Творческое наследие талантливого бобруйского художника Эдуарда Белогурова, который ушел из жизни неожиданно, в расцвете творческих сил, 17 мая 1998 года, по самым скромным подсчетам составляет несколько сотен работ. На мольберте осталась начатая картина, которая уже никогда не будет завершена…
Эдуард Алексеевич Белогуров родился в Бобруйске 27 ноября 1947 года. Семья жила в своем доме по улице Сакко. У Эдуарда был брат-близнец Леонид. В 1974 году окончил Белорусский театрально-художественный институт. Читать далее «Эдуард Белогуров. Жизнь и творчество»
История массового бунта призывников марта 1945 года в бобруйской 34-й запасной стрелковой дивизии…
Утром 29 марта 1945 года в Бобруйске начальник отдела контрразведки Смерш 34-й запасной стрелковой дивизии майор Пальчиков заканчивал совсекретный доклад, над которым работал всю ночь. Завтрак ему принесли в кабинет, но майор продолжал писать, ибо в соседнем помещении отсыпался проверяющий — инструктор военного отдела ЦК КП(б)Б тов. Николаев, которому, собственно, и предназначался доклад… Читать далее «Бобруйский бунт 1945-го…»
Галина Родионовна Маликова — хорошо известный в нашем городе человек. Долгие годы она занимала ответственные посты — управляла делами Бобруйского горисполкома, была председателем Первомайского райисполкома, неоднократно избиралась депутатом Советов разного уровня, в том числе Верховного Совета БССР.
Iнтэрв’ю з галоўным рэдактарам газеты Адміністрацыі прэзідэнта «СБ-Беларусь сегодня» Паўлам Якубовічам з кнігі «Зрабаваны народ. Размовы з беларускімі інтэлектуаламі»
Аўтары — Малгажата Ноцунь і Анджэй Бжэзецкі з’яўляюцца рэдактарамі польскага часопіса Nowa Europa Wschodnia . Читать далее «Павел Якубовіч: Апазіцыя — гэта неасталіністы»
Дзень 25 жніўня 1991 года быў другім днём нечарговай сэсіі Вярхоўнага Савета, скліканай па ініцыятыве парляманцкай Апазыцыі БНФ пасьля правалу праімпэрскага камуністычнага путчу ў Маскве. У канцы дня, у момант вялікага напружаньня і стамленьня, калі настрой дэпутацкай большасьці быў усё яшчэ няпэўны і ўсё магло павярнуцца не на нашу карысьць, і калі Шушкевіч, які вёў сэсію, прапанаваў “заканчваць нашу работу” – тады, у апошнюю хвіліну, слова ўзяў Пазьняк і, ўдала сыграўшы на паняцьцях і пачуцьцях камуністаў і прадстаўнікоў намэнклятуры, здолеў пераканаць дэпутатаў прагаласаваць за наданьне Дэклярацыі аб дзяржаўным суверэнітэце статусу канстытуцыйнай сілы. У 20 гадзін 08 хвілінаў ажыцьцявілася мара пакаленьняў беларусаў – нацыя вярнула Незалежнасьць. Гэтыя два дні запатрабавалі ад нас, дэпутатаў Апазыцыі БНФ, калясальнага інтэлектуальнага і псыхалягічнага напружаньня – але вынік, пэўна ж, можна лічыць лепшым і галоўным дасягненьнем жыцьця. Читать далее «Мара пакаленьняў і вынік змаганьня»
Родные мои места, по-видимому, не очень типичны для равнинного севера Беларуси: резко пересеченный рельеф, холмы и ложбины, овраги, болота и озера. Озер, пожалуй, даже излишек — посреди поля и лесных, круглых, овальных, с искривленной конфигурацией берегов, порой голых, а в большинстве заросших камышом. Ну и, конечно же, леса. Красных боров, правда, осталось мало: их вырубали — особенно после войны — на строительство, на дрова, на продажу. Поля почти повсюду тесные — лоскутки на пригорках, в низинах, часто изрезанные оврагами с олешником на склонах. На этих лоскутках возле леса, возле болота, по-над речками и озерами рассыпаны деревни — небольшие, с кривыми улицами, а то и без улиц, — от хаты к хате ведут тропинки. Не хутор и не село, но так, очевидно, сподручней было вести хозяйство, когда всё под рукой, вблизи хаты — и хлева, и амбар, и картофельные погреба, гумно с молотильным током, поветь и сарай для сена. Даже маленькая деревушка издали казалась большой застройкой. С течением времени строений оставалось всё меньше — горели, разрушались, переносились поближе к колхозным усадьбам, коровникам и конюшням. Меньше становилось и людей. Ныне в моих родных Бычках два десятка хат, половина из которых пустует. В остальных доживают свой век немощные пенсионеры. Читать далее «Василь Быков. Долгая дорога домой. Глава 1»
На станции Грязи началась переформировка. И тут оказалось, что по закону юноши 23-го года призываются, а 24-го — еще нет.
Всех нас, кто родился в 24-м, собрали вместе. Нужно сказать, что таких набралось немного, так как украинцы, не будь дураками, не захотели далеко уходить от родных мест, и[49] очень многие вернулись домой. Ну, а куда мог вернуться я? До Беларуси тысяча километров — не дойдешь. И я остался со своими одногодками. Из нас сформировали команду, каждому выдали по три буханки хлеба и прямо в чем мы были — в грязных изношенных ватниках и пилотках (хоть уже приближалась зима), отправили в тыл, приставив к нам каких-то подполковников, чтобы не разбежались. Читать далее «Василь Быков. Долгая дорога домой. Глава 2»