Герметический свод. Трактаты 3-й и 4-й

Тексты легендарного Гермеса Трисмегиста – основателя герметизма и науки древнего Египта. Трактат третий — Священная речь Гермеса Триждывеличайшего. Трактат четвертый — Кубок или единство.

Герметический свод. Трактаты 3-й и 4-й

Основной пе­ревод текстов вы­пол­нен Константином Богуцким с фран­цуз­ско­го язы­ка и све­рен с древ­негре­чес­ким и ла­тин­ским тек­ста­ми. В связи с испорченностью многих манускриптов в скобках приводятся версии реконструкции и перевода других исследователей. Сокращения в скобках после примечаний обозначают их авторов: Л. Д. — Луи Менар, В. С. — Вальтер Скотт, А. Д. Н.- Артур Дарби Нок, К. Б. – Константин Богуцкий. Неподписанные примечания принадлежат Андре Фестюжьеру.

Трактат третий. Священная речь Гермеса Триждывеличайшего

1) Гордость всего сущего – Бог, божественное и Природа божественная. Начало всего сущего есть Бог и Ум, и Природа, и материя, поскольку Он есть мудрость для проявления Всего. Начало священно, и оно есть Природа, энергия, Необходимость (анагкэ), завершение (телос) и обновление.
Был бесконечный мрак над бездной, и вода, и Дух тонкий и разумный, и все это содержалось в хаосе божественным могуществом. Тогда вспыхнул святой огонь и стихии (Менар: из-под песка вышли стихии…), отделившись от влажного вещества, сгустились… и все боги разделили зарождающуюся Природу.

2) В то время как все было неопределенно и неоформлено, легкие стихии отделились от иных и устремились вверх, а тяжелые установились как основание под влажным песком, вся Вселенная была разделена на части под воздействием огня и подвешена так, чтобы она могла быть движимой Духом. Небо появилось в семи кругах, и боги предстали пред взором в форме звезд со всеми своими созвездиями (Менар: …характерами, и звезды были посчитаны…), и небо было определено вместе с богами, которые суть в нем. И воздух окружил внешний круг, несомый в своем круговороте божественным Духом (Скотт: И небо начало вращаться вокруг божественного воздуха).

3) И каждый бог, согласно своему могуществу, совершил деяние, которое ему было предопределено. И родились твари четвероногие, и пресмыкающиеся, и твари водные, и твари крылатые, и всякое зерно плодотворное, и трава, и нежные побеги разных цветов, и все имеет в себе семя возрождения.
…И породили они также поколения человеческие, дабы знали они божественные произведения и созерцали энергию Природы; множество людей, дабы они царили над всем тем, что есть под небом, и знали Благо, дабы росли в размере и умножались в количестве; и дабы все души, вселённые во плоть бегом круговых богов, дабы все души эти созерцали небо, бег небесных богов, божественные творения и энергию Природы, дабы различали Благо, дабы знали могущество Бога, дабы научились отличать добро от зла, и дабы постигали все полезные ремесла.

4) Их жизнь и мудрость с самого начала управляются бегом круговых богов и ими разрешаются (Скотт: …в стихиях). И предопределено им приобретать мудрость, и трудиться на земле, и созидать великие памятники и предоставлять их времени для разрушения и для обновления. И все поколение одушевленной плоти и семян фруктов, и все творения тленные будут разложены и обновлены Необходимостью, и обновлением богов, и периодичным круговым движением Природы, которой управляет число. Божествен Порядок мира и его природное обновление, ибо и сама Природа размещена в божественном.

Герметический свод. Трактаты 3-й и 4-й
Гермес Трисмегист.

Трактат четвертый. Кубок или единство

Гермес к Тату

Тат (иначе Тот, ТеутТутТоутТехутиДжехути др.-греч. ΘώθΘόουτ от егип. ḏḥwty, возможно произносится ḏiḥautī) — древнеегипетский бог мудрости, знаний, покровитель библиотек, ученых, чиновников, государственного и мирового порядка.

Главная тема IV трактата – человеческий ум и вознесение человека к Богу путем созерцания, возможность которого предоставляет однажды полученный ум. В это изложение вклинивается с едва уловимой связью краткое отступление на тему монады (10-II). Название “Кубок” вполне соответствует теме, ввиду важности Ума. Второе название – “или Единство” – относится к параграфам 10-11, с самого начала подготовленное характеристикой Бога как Единственно-Сущего (эис монос).

1) Гермес. Творец сотворил весь этот мир, не руками, но Словом. Нужно представить Его существующим ныне и вечно, как автора всего сущего, Единственно-Сущего, который создал вещи Волею Своею. В этом Его тело, которое не есть ни осязаемо, ни видимо, ни измеримо, ни протяженно, ни похоже на какое-либо иное тело. Он не есть ни огонь, ни вода, ни воздух, ни дух, но все от него происходит. Будучи благим. Он возжелал сотворить мир для него (мира?) самого и украсить землю.

2) Как украшение божественного тела (Скотт: Приведя мир в порядок, Он решил сделать порядок и на земле, и…). Он поместил в него человека, существо бессмертное и смертное. Человек возвысился над животными благодаря рассудку и уму; он поистине стал созерцателем творения Бога, был восхищен им и узнал его Творца.

3) Бог одарил всех людей рассудком, но не умом; это не из зависти к кому-либо, ибо зависть ему чужда, она не нисходит сверху, она рождается в душах тех людей, которые лишены ума.
Тат. Почему же, отче, Бог не наделил умом всех людей?
Гермес. Он желал, о сын мой, установить его среди душ как награду, которую нужно заслужить.

4) Тат. И где он его установил?
Гермес. Он наполнил им большой кубок и поручил нести его посланцу, приказывая ему возвещать сердцам людским следующее: “Освятитесь, если можете, в этом кубке, вы, которые верите, что возвратитесь к тому, кто это послал, вы, которые знаете, зачем вы рождены”.
И все те, кто ответил на этот призыв и был освящен в Уме, приобрели Знание и стали посвященными Ума, людьми совершенными. Те же, кто не прислушался к призыву, те наделены лишь рассудком, они поистине владеют рассудком, но не умом, и не знают, зачем и кем они сотворены.

5) Их чувства напоминают чувства тварей бессловесных. Составлены только из страсти и гнева (оргэ; Менар: вожделения), они не созерцают то, что достойно созерцания, но предаются плотским удовольствиям и чревоугодию и верят, что в этом цель человека. Но те, кто получил дар Божий, эти, напротив, о Тат, по рассмотрению их деяний и сравнению их с деяниями иных, уже не смертны, но бессмертны. Они охватывают умом то, что есть на земле и на небесах, и то, что может быть над небесами. На высоте, которую они достигают, они созерцают Благо, и после этого зрелища они рассматривают как несчастие свое пребывание здесь, на земле. Презирая все плотское и бесплотное, они воздыхают по Единственно-Сущему.

6) Таково, о Тат, учение ума: созерцать вещи божественные и знать Бога (Фестюжьер: владеть в избытке божественным). Таково благодеяние божественного кубка.
Тат. Я тоже желаю освятиться в нем, отче.
Гермес. Если ты сначала не возненавидишь свое тело, о сын мой, ты не сможешь любить себя самого. Любя себя самого, ты приобретешь ум, и тогда ты тоже причастишься Знанию.
Тат. Что ты хочешь сказать, отче?
Гермес. Невозможно, о сын мой, быть привязанным одновременно к вещам тленным и к вещам божественным. Вещи бывают телесные и бесплотные, и поэтому тленное отличается от божественного; необходимо выбрать одно или другое (Фестюжьер: …если только желаешь выбрать…), так как нельзя привязаться к двум сразу. Когда остается только выбрать, поражение одного усиливает могущество другого (Менар: когда выбор сделан, то, что оставлено, проявляет энергию другого).

Герметический свод. Трактаты 3-й и 4-й
Тат.

7) Выбрав лучшее, мы сразу получаем чудесную награду, обожествление человека, и мы оказываем больше почитания Богу. Плохой выбор, напротив, – потеря человека и, кроме того, большое оскорбление Бога (Менар: но без обиды для Бога), состоящее, по меньшей мере, в том, что, как праздные путешественники, ничего не делающие сами и преграждающие дорогу другим, мы ходим по миру, предаваясь плотским удовольствиям.

8) И поскольку есть так, а не иначе, о Тат, у нас всегда было и всегда будет то (Менар: Благость), что исходит от Бога; так пусть же то, что исходит от нас, соответствует ему и не будет порочным (Менар: Благость, исходящая от Бога, предоставлена в наше распоряжение, и нам остается только принять ее без промедления. Зло не исходит от Бога, оно исходит от нас самих…). Не Бог, а мы ответственны за содеянное нами зло, если мы предпочитаем его добру. Ты видишь, о сын мой, сколько тел нам необходимо пройти, сколько хоров демонов и вращений звезд, какую непрерывную последовательность, чтобы достигнуть Единственно-Сущего. Благо необъятно (Скотт: мы не можем достичь дальней границы Блага), безгранично и бесконечно; само по себе оно не имеет и начала, но нам представляется, что у него есть одно начало, когда мы его постигаем (Менар: которое есть Гнозис).

9) Знание не есть начало самого Блага, это только для нас Знание открывает его. Возьмем его как путеводную звезду, и поспешим по тернистому пути: трудно оставить вещи родные и привычные, чтобы возвратиться к древним тропам, ведущим к исконным ценностям. Видимое нас очаровывает, а невидимое вызывает сомнения, но ведь плохое есть видимое, а Благо невидимо для глаз, ибо у него нет ни формы, ни очертаний; оно похоже на себя самое и отличается от всего остального. Бестелесное не может проявиться перед телом.

10) Вот в чем подобное отличается от отличного и в чем отличное есть низшее по отношению к подобному.
Ибо Единство, начало и корень всех вещей, существует во всем как начало и корень. Нет ничего без начала; начало не происходит ни от чего, но только из себя самого, так как все происходит от него. Оно есть само себе начало, ибо иного не имеет. Единство, которое есть начало, содержит в себе все числа (Скотт: Бог есть как единица числа), но сама не содержится ни в одном; она породила все, но сама не рождена никаким иным числом.

11) Все рожденное несовершенно, делимо, подвержено увеличению либо уменьшению. У совершенного же нет никакого из этих свойств. То, что может расти, растет в Единстве и поддается своей собственной слабости, когда не может более содержать Единства.
Таков есть, о Тат, образ Бога, насколько можно его себе представить. Если ты созерцаешь его внимательно, если ты его воспринимаешь глазами сердца, поверь мне, сын мой, ты найдешь путь к вещам высоким, или, скорее, этот образ (Фергюсон: мир) сам поведет тебя, ибо такова добродетель созерцания, оно притягивает и оно привязывает, как магнит притягивает железо.


Герметический свод. Трактаты 3-й и 4-й

Текст публикуется по изданию: «Гермес Трисмегист и герметическая традиция Востока и Запада» (Алетейа, 1998 год). Книга является самым полным на сегодняшний день критическим изданием текстов легендарного Гермеса Трисмегиста – основателя герметизма и науки древнего Египта. Перевод выполнен в основном с французского языка по изданию A.-J. Festugiere (и A. D. Nock), «Corpus Hermeticum», Paris, “Les Belles Lettres”, 1945-1954, в 4-х тт. и сверен с древнегреческим и латинским текстами по тому же изданию и по изданию W. Scott, закончено A. S. Ferguson, «Hermetica», Oxford, 1924-1932, в 4-х тт. Особенно важные и сомнительные фрагменты переведены с древнегреческого или латинского языков и сверены с французским и английским переводами по тем же изданиям, а также по изданиям L. Menard, «Hermes Trismegiste. Traduction complete», Paris, Academic des Inscriptions et Belles-Lettres, 2-е изд., 1867 и G. R. S. Mead, «Thrice-Greatest Hermes», London и Benares, The Theosophical Publishing Society, 1906, в 3-х тт.


Герметический свод и герметизм на сайте Бобруйск гуру

Добавить комментарий